Георгий Якулов
Персона

Георгий Якулов

Годы жизни:
14 января 1884 — 28 декабря 1928
Страна рождения:
Грузия
Сфера деятельности:
Художник

Он был душой любой компании и старался быть денди. Одевался согласно последней моде своего времени – серый костюм, желтый жилет с фиолетовым галстуком, лаковые штиблеты. Вот он вальяжно – нога на ногу – расположился на бархатном диване в ореоле клинков всех мастей: четкий прямой пробор иссиня-черных волос, тонкие усики франта, дуги восточных бровей, перстень на мизинце. Кумир московской богемы, Жорж Великолепный, художник Георгий Якулов. Таким изобразил своего друга в 1910 году Петр Кончаловский.

Не поддаться обаянию этой артистической во всех отношениях личности было невозможно. Его квартира на Большой Садовой была пристанищем столичной богемы. В ту пору здесь можно было увидеть всю Москву – от наркома просвещения до начинающего художника, от прославленного режиссера до футуристического поэта: Абрама Эфроса, Владимира Маяковского, Андрея Белого, Мариэтту Шагинян, Всеволода Мейерхольда, Александра Таирова, Алису Коонен, Анатолия Мариенгофа; захаживал и Анатолий Луначарский, тогда еще не нарком. Именно в гостях у Якулова Сергей Есенин познакомился с Айседорой Дункан. Жорж Великолепный, оправдывая данное ему прозвище, жил на широкую ногу, любил погулять с друзьями, но притом и успевал немало: писал картины, научные статьи, создавал интерьеры модных кафе. Вместе с Мейерхольдом придумал оформление мюзик-холла «Питтореск», украсил кафе поэтов «Стойло Пегаса», делал обложки для сборников завсегдатаев этих кафе, где не столько отдыхали, сколько дискутировали Есенин и Блок, Брюсов и Маяковский, Хлебников и Каменский, Малевич и Мариенгоф...

Бар. 1911–1912

Девятый ребенок в большой армянской семье, Георгий родился 2 февраля 1884 года в Тифлисе. Мать не чаяла в сыне души, а братья и сестры с детства звали его Жоржем, уж больно мальчишка был шустрым и озорным. После смерти отца забота о семье легла на плечи матери, которую Якулов боготворил. Уже повзрослев и хлебнув невзгод, он писал ей: «Нет человека… которому я был обязан так, как Тебе! Нет ночи, утра и дня, чтоб не вспомнил Тебя, будь то на войне, среди друзей или работы... Знай, моя единственная и бесконечно милая моему сердцу, что я всегда с Тобой и за Тебя. Живи, потому что это поддерживает меня. Люблю и целую Тебя. Твой сын Жорж».

Он и правда был обязан матери многим, во всяком случае, творческую личность в нем сформировала именно она, воспитывая его на музыке и поэзии. Однако трепетный сын доставлял немало хлопот. В 1893 году семья перебралась в Москву и мальчика определили в гимназию при Лазаревском институте восточных языков. Непоседливый характер Жоржа стал причиной отчисления «за неумение подчиняться условиям гимназийской жизни». В 1901 году Якулов поступил в Училище живописи ваяния и зодчества. Но занятий почти не посещал, рисовал дома, считая обучение навязыванием «чужого мировоззрения», тогда как главное в живописи – умение выразить эмоции, которые у темпераментного Жоржа били через край. В общем, училище тоже пришлось покинуть, не окончив. Молодого человека призвали в армию. Судьба забросила Георгия Якулова в Маньчжурию, где шли сражения Русско-японской войны. Художник воевал храбро и даже на фронте оставался заводилой и оригиналом, который поднимал бойцов в атаку, нарядившись во фрак с бабочкой... Был ранен под Харбином.

Кстати, именно на войне, в 1905 году, Якулов впервые задумался о теории солнечного света: «Как-то, наблюдая в призматический бинокль пейзаж, я увидел голубую спектральную полоску, которая, как радуга, обрамляла силуэты гор, деревьев и зданий. Я много раз потом проверял этот эффект, и результат был тот же. Тогда у меня возникла мысль, что разница культур заключается в разнице цветов. Я стал строить теорию соотношения движения линий и цветов, – пишет Якулов в автобиографии. – Сравнение солнечного света в различных частях земного мира говорит глазу человека, что цвета солнца различны. Если солнце Москвы белое, солнце Грузии розовое, солнце Дальнего Востока голубое, а Индии желтое, то, очевидно, солнце есть та сила, которая движет культуры, как планеты вокруг себя, сообщая каждой из них ее собственный ритм – характер движения, темп – скорость этого движения и общий путь по своей орбите».

Удивительно, что живописец, не получивший систематического научного образования, выработал свое видение и свою теорию. Может, потому и не примыкал ни к одной из артистических группировок, коих в начале прошлого века в России дореволюционной, а потом и советской было пруд пруди. Но Якулов часто выставлялся, много публиковался, поскольку был удивительно работоспособен. Теория разноцветных солнц была обнародована в 1906 году в Обществе свободной эстетики.

Нападение льва на лошадь. Эскиз панно для кафе «Стойло Пегаса». 1919

В 1911–1912 годах Якулов жил в Париже, где помимо прочего познакомился с Пикассо, Робером и Сони Делоне, в лице которых нашел не только друзей, но и единомышленников: чета Делоне также развивала собственную теорию света, супруги были, как и Якулов, «цветописцами». На выставке в ГТГ некоторые представленные работы действительно кажутся преломленными в лучах солнечного света. Живопись Якулова яркая, иногда декоративная, она удивительно ритмична, мазки динамичны, краски не средство изображения, они играют на холсте собственную драматическую роль.

Георгий Якулов в жизни умел сочетать восточный темперамент с европейским лоском, и в живописи мечтал примирить Запад и Восток: «Преодолеть односторонности Европейской и Восточной академии в синтезе новой культуры – в современном свете – проблема эта лежала в основе моей работы и явилась для меня органичной необходимостью. На этот путь толкнул меня институт самосохранения. Ибо для меня, как для сына Востока по темпераменту и происхождению, являлась чуждой реалистическая и натуралистическая европейская академия и близкой символическая восточная», – писал художник в своей статье «Человек толпы».

В 1920-е годы в жизнь Якулова врывается театр. И тут снова Великолепному Жоржу нет равных. Он не только создавал эскизы костюмов и декораций, он думал над реформированием театра, модернизацией сценографии. Якулов работал с театрами Евгения Вахтангова, Александра Таирова, Рубена Симонова. Сергей Дягилев специально пригласил его для работы над оформлением балета Сергея Прокофьева «Стальной скок». Постановка имела оглушительный успех в Париже, нарком Луначарский позднее вспоминал, что «аплодисменты тянулись в течение всего спектакля», а Якулов «несомненно придавший всей постановке наиболее оригинальный, по-нашему пахнущий характер, был вызван публикой 8 раз».

Безоблачная, творчески успешная жизнь Якулова, к сожалению, была омрачена бесконечными сплетнями и слухами. Завистников, которые замалчивали его успехи, постоянно задевали самолюбие Жоржа, стремились всеми силами пригасить свет «якуловского солнца», хватало. Да и в семейной жизни не все шло гладко. В начале 1920-х Георгий женился на Наталье Шиф – экстравагантной даме с вольным нравом. Богемная хозяйка, как и ее муж, любила гостей и застолья, но создать семейный очаг и комфортные условия для творчества мужа не сумела. Злые языки утверждали, что именно якуловская супруга послужила прототипом героини пьесы Михаила Булгакова «Зойкина квартира», хозяйки притона, что вряд ли обрадовало художника. «Якулов был окружен вражеским кольцом. Якулов был борцом-одиночкой. Как легендарному рыцарю, стоило ему преодолеть одно препятствие, как на его место, словно в сказке, вырастали сотни других. Якулов измучился, изверился, страдал. Но, страдая и изверившись, он все же не терял того, какого-то совершенно непостижимого оптимизма, который сопровождал его всюду, всегда», – писал о близком друге Александр Таиров.

Гуляние в парке. 1910-е

Неурядицы в творческой и семейной жизни (в 1927 году Наталья Шиф была арестована) плюс тлетворная богемная жизнь подорвали здоровье Георгия Богдановича – открылся старый воспалительный процесс в легких, силы его ослабевали. Беда не приходит одна: заказов тоже не было. Якулов начал потихоньку распродавать обстановку. Он отправился в родную Армению, в город Дилижан, чтобы подправить здоровье. По дороге заехал в Баку и родной Тифлис, где, конечно же, по привычке кутил с друзьями. В сентябре он писал матери: «Уже неделю, как я в Дилижане – отдыхаю и работаю. Живу в гостинице, кормлюсь в санатории – так что все обстоит благополучно... Рассчитываю сделать работ около 15. Дилижан вроде Манглиса, но более устроенный, благодаря санаторию и гостинице... воздух хороший. Здоровье мое не хуже...». Он пишет много пейзажей, готовится к юбилею – 25 лет творческой деятельности. Готовятся к этому событию и его друзья в Москве. В юбилейный комитет вошли не только представители русской, но и европейской культуры: Константин Станиславский, Пабло Пикассо, Фернан Леже, Робер Делоне, Игорь Стравинский, Сергей Прокофьев, Сергей Дягилев… Список далеко не полный.

Якулов не дожил до своего юбилея. 28 декабря 1928 года, незадолго до 45-летия, он скончался от хронического туберкулеза. Юбилейный комитет вынужден был организовать не праздник, а пышные похороны художника. Луначарский распорядился доставить тело из Еревана в Тифлис, а оттуда – в Москву. Великолепного Жоржа провожали, как и положено последнему королю богемы, устроив поистине театральное представление. «На санных полозьях был укреплен невысокий помост с наглухо обшитыми боками. Помост имел четырехугольную, удлиненную форму, размером в две его ширины. В центре этой площадки стоял высокий постамент, предназначенный для гроба. Нижний помост был выкрашен черным, каретным лаком, в котором мерцанием отражался пурпурно-красный постамент. По четырем углам помоста стояли четыре громадных светильника серебристого цвета. Они были изготовлены в мастерских Камерного театра по эскизу Якулова еще для спектакля «Розита». Зажег Георгий Богданович эти светильники в честь венчания Розиты, а теперь они освещали ему путь по заснеженным улицам Москвы в вечность», – так описывал прощание с Якуловым художник Семен Аладжалов. Государственная Третьяковская галерея

На портрете кисти Кончаловского Якулов улыбается. Улыбался он и в свой смертный час. Солнце, которое окрашивало всю его жизнь яркими красками, не зашло. Оно осталось в его живописи.

Смотрите также

Казимир Малевич
Художник
Украина
23 февраля 1878 — 15 мая 1935
Василий Верещагин
Художник
Россия
26 октября 1842 — 13 апреля 1904
Николай Ге
Художник
Россия
27 февраля 1831 — 13 июня 1894
Алексей Саврасов
Художник
Россия
24 мая 1830 — 08 октября 1897