Публикации раздела Традиции

География фольклора: место действия мифов и сказок

В славянских мифах и сказках встречались реальные географические точки: богатыри охраняли заставы крупных городов, герои отправлялись в плавание по Волге-матушке, а князья царствовали в своих землях — Новгороде, Суздале и Москве. А вот за молодильными яблочками персонажи сказок и легенд отправлялись в тридевятое царство, а чтобы найти смерть Кощея — на таинственный остров. Читайте, как при необходимости переплыть реку Смородину, найти ближайшее место ведьминских шабашей и посмотреть на горожан, которые спят пять месяцев в году.

Лукоморье

В некоторых легендах славяне называли Лукоморьем заповедное место на самом краю земли. Здесь росло мировое дерево, с помощью которого можно было попасть в другие миры: его ветви достигали неба, а корни — подземного царства мертвых. Чаще всего таким деревом считали дуб. В поэме «Руслан и Людмила» загадочное место и дуб упоминал Александр Пушкин:

У лукоморья дуб зеленый;
Златая цепь на дубе том:
И днем и ночью кот ученый
Все ходит по цепи кругом…

По другим преданиям, Лукоморье — это волшебная страна. Ее жители 26 ноября — в день почитания святого Георгия Победоносца — впадали в спячку или даже умирали, а 23 апреля просыпались, воскресали. Эти даты в легендах появились неслучайно. Георгия Победоносца на Руси чаще почитали как землепашца, а не как победителя мифического змея. Поэтому и жители Лукоморья засыпали, когда кончались работы в поле, а приходили в себя к началу посевной на Севере. Ремесленники складывали на зиму все свои товары в удобное место, где любой мог взять их за разумную плату.

…Мертвецы, воскресая весною, рассчитываются с ними и всегда наказывают бессовестных; что там есть и другие чудесные люди, покрытые звериною шерстью, с собачьими головами, с лицом на груди, с длинными руками, но безногие; есть рыбы человекообразные, но только немые, и проч.

Остров Буян

Остров Буян в славянских мифах и сказках считался волшебным местом, где обитали души праведников. Чтобы добраться до него, нужно было переплыть океан.

Светло-голубое, блестящее небо лежит за облаками, или за дождевым морем; чтобы достигнуть царства солнца, луны и звезд, надо было переплыть воздушные воды. Таким образом, это небесное царство представлялось воображению окруженным со всех сторон водами, т. е. островом… Остров Буян — поэтическое название весеннего неба, а так как весеннее небо есть хранилище теплых лучей солнца и живой воды, которые дают земле плодородие, одевают ее роскошной зеленью, то фантазия сочетала с ним представление о рае или благодатном царстве вечного лета…
Фольклорист Александр Афанасьев. Из статьи «Языческие предания об острове Буяне»

Некоторые исследователи фольклора полагали, что у Буяна могли быть реальные прототипы. Филолог Михаил Болтенко склонялся к тому, что в легендах описывали черноморский остров Березань, а историк Вадим Вилинбахов считал, что это мог быть Рюген в Балтийском море.

На Буяне, по преданиям, хранились предметы с волшебной силой, например сундук с булатными ножами: «На море, на окиане, на острове на Буяне стоит железный сундук, а в железном сундуке лежат ножи булатные. Подите вы, ножи булатные, к такому-то и сякому-то вору, рубите его тело, колите его сердце». А еще — меч-кладенец и Алатырь-камень, который часто упоминали в целебных и приворотных заговорах.

На Буяне, по преданиям, тоже рос старинный дуб. Некоторые сказки гласили, что в его ветвях спрятана смерть Кощея. А по другим легендам, на острове пережидали летнее время зимние божества Буря, Метель и Вьюга.

А еще остров Буян упоминал в «Сказке о царе Салтане» Александр Пушкин: мимо него пролегал путь в царство Салтана:

Ветер весело шумит,
Судно весело бежит
Мимо острова Буяна
В царство славного Салтана…

Тридевятое царство, тридесятое государство

Еще одна волшебная страна из славянского фольклора известна под названием тридевятого царства, тридесятого государства, или просто золотого царства. Владимир Пропп писал: «Золото фигурирует так часто, так ярко, в таких разнообразных формах, что можно с полным правом назвать это тридесятое царство золотым царством».

Именно в тридевятом царстве жили цари и царицы, жар-птица и сказочные животные. Здесь же росли яблони с молодильными яблочками и текли источники с живой и мертвой водой, а еще — молочные реки с кисельными берегами.

По легендам, тридевятое царство располагалось очень далеко от Руси, «за тридевять земель» — отсюда и название. Чтобы до него добраться, нужно проехать множество стран и преодолеть разные испытания: сразиться с чудовищами, пройти через густые леса и переплыть реки и моря.

Царство, в которое попадает герой, отделено от отцовского дома непроходимым лесом, морем, огненной рекой с мостом, где притаился змей, или пропастью, куда герой проваливается или спускается. Это — «тридесятое», или «иное», или «небывалое» государство. В нем царит гордая и властная царевна, в нем обитает змей. Сюда герой приходит за похищенной красавицей, за диковинками, за молодильными яблоками и живущей и целющей водой, дающими вечную юность и здоровье.
Филолог Владимир Пропп. «Исторические корни волшебной сказки»

В некоторых легендах эта страна представлена как потусторонний мир. Тогда тридевятое царство может располагаться под землей, как в сказке «Елена Премудрая» из сборника Афанасьева: «‎Долго ли, коротко ли — набрел Иван на подземный ход. Тем ходом спустился в глубокую пропасть и попал в подземное царство, где жил и царствовал шестиглавый змей. Увидал белокаменные палаты, вошел туда — в первой палате пусто, в другой нет никого, а в третьей спит богатырским сном шестиглавый змей».

В некоторых сказках все действие разворачивалось в тридевятом царстве. Однако чаще герой отправлялся туда, чтобы вернуть свою похищенную невесту, добыть молодильные яблочки или победить злодея.

Калинов мост и река Смородина

Царство мертвых от мира живых, по поверьям славян, отделяла Смородина — аналог древнеегипетской реки Стикс. Ее название, скорее всего, произошло от слова «смород», что означало «сильный, неприятный, удушливый запах». Саму реку в мифах чаще всего описывали как огненную или зловонную, наполненную серой, ее берега были усыпаны костями. При этом в некоторых историях Смородину считали притоком Волги.

Тут протекала-пробегала да мать быстра река,
По названию-ту реченька Смородина,
Она устиём-то впала да в Волгу-матушку,
Ах как Волга-то пала да во синё морё,
Во синё-то морё да во Каспийскоё.
Былина «Соловей Будимирович»

В фольклоре река Смородина часто представала в образе молодой девушки, которая беседовала с путниками:

Со броду кониного
Я беру по добру коню,
С перевозу частого —
По седелечку черкесскому,
Со мосточку калинова —
По удалому молодцу.
Баллада «Молодой солдат утонул в Москве-реке, Смородине»

Часть путников Смородина топила за их пороки — хвастовство, высокомерие, а других — пускала на соседний берег за «слова ласковые». Однако богатырям за переправу приходилось сражаться с чудовищами.

По преданиям, через реку был перекинут Калинов мост. Его название произошло от глагола «калить» — разогревать. Мост славяне тоже описывали как огненный, раскаленный докрасна.

Именно рядом с Калиновым мостом и рекой Смородиной жили, по легендам, сказочные персонажи — Баба-яга и Змей Горыныч. Здесь же богатыри сражались с Соловьем-разбойником, чудом-юдом и другими злодеями. Одна из таких битв описывается в сказке «Иван Быкович» из собрания Александра Афанасьева: «Пока чудо-юдо протирал свои глазища, богатырь срубил ему и остальные головы, взял туловище — рассек на мелкие части и побросал в реку Смородину, а девять голов под калиновый мост сложил».

Нечистые места: Лысые горы и старые деревья

Лысой горой в славянском фольклоре называли возвышенности, где ведьмы устраивали шабаши и проводили темные ритуалы. Многие возвышенности рядом с крупными городами местные жители наделяли подобной славой — Лысые горы есть, например, рядом с Гороховцом и Владикавказом. Обычно их так называли, потому что на холмах не росла никакая трава. Считалось, что пляшущие на шабашах черти и ведьмы выжигали всю растительность.

Другими нечистыми местами славяне считали перекрестки, полевые межи и кроны старых деревьев. В одной быличке говорилось: «Моя соседка жила на хуторе, посреди поля груша большая была, старая, дичок. И к этой груше, знаете, ведьмы из России прилетали. Они до нее долетали то ли чертями, то ли такими птичками и танцевали на ней». Но самые важные ритуалы все же, по легендам, проводили на Лысых горах. Летали ведьмы в ступах, на метле, чертях или невезучих мужчинах, которых ловили накануне шабаша.

Длинной вереницею, перегоняя друг друга, неслись куда-то молодые и старые бабы — иные из них были красавицы, причем летели по небу в одних исподних рубахах или вовсе нагишом. Сидели они верхом на метлах, или в ступах, но большинство оседлали таких же несчастных мужиков, как Степаха, и немилосердно гнали их вперед. А впереди вдруг забелела в лунном сиянии высоченная гора, пустынная и округлая. И тут наш Степа понял, что это знаменитая Лысая гора, куда ведьмы и колдуны со всей Руси слетаются на свой шабаш. …И тут Степаха уяснил, что угодил на бесовскую свадьбу. Молодой козлоногий черт брал за себя хорошенькую ведьмочку. На троне, сложенном из костей грешников-самоубийц, сидел сам Сатана и с удовольствием поглядывал на невесту.
Легенда «Небесное путешествие» (по книге Елены Грушко и Юрия Медведева «Русские легенды и предания»)

Считалось, что шабаши ведьмы устраивали накануне церковных праздников, особенно часто перед Пасхой. Чтобы добраться до Лысой горы, они натирались специальным кремом из колдовских трав, младенческой крови и костей животных — именно такой в «Мастере и Маргарите» Михаила Булгакова использовала главная героиня.


Автор: Анастасия Войко

Смотрите также