Публикации раздела Музеи

Картина в деталях: «Русалки» Ивана Крамского

Картину «Майская ночь» художник-передвижник Иван Крамской написал по мотивам одноименной повести Николая Гоголя. Мы собрали интересные факты о его работе. Читайте, как в творчестве художника появился мотив лунного света и образ призрачной девушки, какие суеверия связывали на Руси с русалками и какие мистические истории рассказывали о полотне Крамского его современники.

Картина не по канонам передвижников

Весь ландшафт спит. А вверху все дышит, все дивно, все торжественно. А на душе и необъятно, и чудно, и толпы серебряных видений стройно возникают в ее глубине.
Николай Гоголь. «Майская ночь, или Утопленница»

«Сцену из «Майской ночи» Гоголя» Иван Крамской задумывал как первую картину из цикла работ по мотивам гоголевских «Вечеров на хуторе близ Диканьки». Однако полотно «Русалки» — такое название дали ему зрители — так и осталось единственным на эту тему.

Картину впервые представили в ноябре 1871 года на первой выставке Товарищества передвижных художественных выставок, идеологом и организатором которого был Крамской. «Майская ночь» с ее мистическим сюжетом не соответствовала программе передвижников, которые стремились объективно отражать реальную действительность. К тому же основной темой полотна стали не социальные проблемы, а традиционная культура и народные верования. Однако и зрители, и критики, и художники отнеслись к полотну с интересом, а сразу после выставки его приобрел Павел Третьяков.

«Целая симфония» лунного света

Земля вся в серебряном свете; и чудный воздух и прохладно-душен, и полон неги, и движет океан благоуханий.
Николай Гоголь. «Майская ночь, или Утопленница»

На картине нет изображения луны — только лунного света, который преображает ночной пейзаж яркими бликами на стенах заброшенной хаты и одеждах утопленниц. Крамской считал, что передать лунное свечение было его главной технической задачей: «Я рад, что с таким сюжетом окончательно не сломил себе шеи, и если не поймал луны, то все же нечто фантастическое вышло...»

Спустя 10 лет Крамской написал картину с созвучным названием — «Лунная ночь». В центре полотна он изобразил женщину в белом платье, залитую светом луны. Моделями для этой картины были сначала Анна Попова (будущая жена Менделеева), а потом вторая жена Сергея Третьякова — Елена Третьякова.

Что хорошего в луне, этой тарелке? Но мерцание природы под этими лучами — целая симфония, могучая, высокая, настраивающая меня, бедного муравья, на высокий душевный строй: я могу сделаться на это время лучше, добрее, здоровее — словом, предмет для искусства достойный.

Образ призрачной девушки

Длинные ресницы ее были полуопущены на глаза. Вся она была бледна, как полотно, как блеск месяца.
Николай Гоголь. «Майская ночь, или Утопленница»

Образ «серебристо-лунной», призрачной девушки впервые появился в творчестве Ивана Крамского летом 1871 года, когда художник написал полотно «Сомнамбула». На картине он изобразил спящую девушку с бледным отрешенным лицом. Лунный свет увлекает ее и уводит из дома.

Так же безучастны и прекрасные лица русалок. Портретист Крамской намеренно лишил их индивидуальности и ярких черт: сонм «лунных» девушек уже не принадлежит миру людей. Они сливаются с лилиями в пруду, со стволами деревьев и соцветиями сирени. Красота русалок теперь не в чертах лица, а в отраженном лунном свете.

Русалки колобродят: мистика и суеверия, связанные с картиной

…В тонком серебряном тумане мелькали легкие, как будто тени, девушки в белых, как луг, убранный ландышами, рубашках.
Николай Гоголь. «Майская ночь, или Утопленница»

Русалки в народных поверьях — это девушки, которые утопились от несчастной любви и стали духами природы. По ночам они якобы выходят из воды, путают сети рыбаков, ломают плотины и мосты, очаровывают путников и затягивают их в свои подводные чертоги. В некоторых поселениях России, например в Брянской области, верили, что «на Троецкой, или Русальной (Русаличьей), неделе, которая чаще всего бывает после Духова дня, русалки, по поверьям, приходят с того света на землю...». В Чистый четверг на Зеленой, или Троицкой, неделе не работали, не гневили русалок. Незамужние девушки плели венки и бросали их в лесу или в воду, гадая, какая судьба их ждет.

Русалки Крамского в белых рубахах до пят эфемерны и меланхоличны. Они вышли из пруда: одни устроились на поваленных стволах тополей и разрушенных мостках, а другие ушли в лесную чащу, слились с листвой кустарников. Вероятно, девушка с «плетью тростника» в руках и с венком из трав на голове — это гоголевская панночка, сотникова дочка.

О картине ходило множество легенд. Говорили, что в галерее Третьякова по ночам слышалось пение, возникало ощущение внезапной прохлады, а барышни, которые долго смотрели на картину, якобы сходили с ума или бросались в реку.

Соседством с «Русалками» суеверная публика связывала и тот факт, висевшая рядом картина «Грачи» Алексея Саврасова в первую же ночь на выставке передвижников упала со стены. А сам Третьяков будто бы чувствовал усталость рядом с полотном. По совету старухи няньки он перевесил его в темный угол, чтобы на картину не попадал солнечный свет, и только после этого русалки перестали «колобродить».

«Чем ближе к правде, к природе, тем незаметнее краски»

Как очарованное, дремлет на возвышении село. Еще белее, еще лучше блестят при месяце толпы хат; еще ослепительнее вырезываются из мрака низкие их стены.
Николай Гоголь. «Майская ночь, или Утопленница»

У Ивана Крамского почти нет пейзажей. Но в картине «Майская ночь» художник старательно прописал пышную природу Малороссии: темную реку, тростник на берегу и усадьбу, окруженную тополями. По мере того как Крамской работал над полотном, строение на пригорке все меньше походило на гоголевское жилище сотника и все больше напоминало родной дом Ивана Крамского. В беленой хатке под соломенной крышей художник родился и провел первые 16 лет жизни — в слободе Новая Сотня в Воронежской губернии. Сейчас там находится Дом-музей Крамского.

Приглушенный колорит картины передает волшебство сказочно оживающей украинской ночи. «…Чем ближе к правде, к природе, тем незаметнее краски», — писал Иван Крамской своему другу — художнику Федору Васильеву в 1873 году.

Смотрите также