«Я желал бы всеми силами души, чтобы музыка моя распространилась»

К 180-летию со дня рождения Петра Чайковского
«Я желал бы всеми силами души, чтобы музыка моя распространилась»
К 180-летию со дня рождения Петра Чайковского
«Я желал бы всеми силами души, чтобы музыка моя распространилась, чтобы увеличивалось число людей, любящих ее, находящих в ней утешение и подпору», — говорил Петр Чайковский другу и благотворительнице Надежде фон Мекк в 1880 году.

Сегодня его имя часто ассоциируют в первую очередь с легендарным балетом «Лебединое озеро» — однако композитор создал более 80 произведений почти во всех существующих музыкальных жанрах. В честь 180-летия со дня рождения Чайковского кандидат искусствоведения, ведущий научный сотрудник Российского национального музея музыки Александр Комаров рассказал порталу «Культура.РФ» 10 историй о жизни композитора и работах, которые стали классикой еще при его жизни.
«Я желал бы всеми силами души, чтобы музыка моя распространилась, чтобы увеличивалось число людей, любящих ее, находящих в ней утешение и подпору», — говорил Петр Чайковский другу и благотворительнице Надежде фон Мекк в 1880 году.

Сегодня его имя часто ассоциируют в первую очередь с легендарным балетом «Лебединое озеро» — однако композитор создал более 80 произведений почти во всех существующих музыкальных жанрах. В честь 180-летия со дня рождения Чайковского кандидат искусствоведения, ведущий научный сотрудник Российского национального музея музыки Александр Комаров рассказал порталу «Культура.РФ» 10 историй о жизни композитора и работах, которые стали классикой еще при его жизни.
«Я желал бы всеми силами души, чтобы музыка моя распространилась, чтобы увеличивалось число людей, любящих ее, находящих в ней утешение и подпору», — говорил Петр Чайковский другу и благотворительнице Надежде фон Мекк в 1880 году.

Сегодня его имя часто ассоциируют в первую очередь с легендарным балетом «Лебединое озеро» — однако композитор создал более 80 произведений почти во всех существующих музыкальных жанрах. В честь 180-летия со дня рождения Чайковского кандидат искусствоведения, ведущий научный сотрудник Российского национального музея музыки Александр Комаров рассказал порталу «Культура.РФ» 10 историй о жизни композитора и работах, которые стали классикой еще при его жизни.

Романс для фортепиано,
посвященный певице
Дезире Арто, op. 5

Романс для фортепиано,
посвященный певице
Дезире Арто, op. 5
Музыкой Петр Чайковский занимался с детства. Он учился играть на фортепиано, много импровизировал и даже писал собственные сочинения. Например, в 1854 году 14-летний Чайковский посвятил своей гувернантке «Анастасия-вальс». Однако первое образование будущего композитора было не музыкальным: он поступил в Императорское училище правоведения в Санкт-Петербурге. Во время учебы Чайковский пел в хоре и продолжал заниматься у пианиста Рудольфа Кюндингера. А после выпуска в 1859 году поступил на службу в Министерство юстиции.
П.И. Чайковский. Романс для фортепиано, op. 5. Экземпляр прижизненного издания. Москва, издательство «П. Юргенсон», 1880-е
Российский национальный музей музыки, Москва
Д. Арто. Фотография А.Ф. Эйхенвальда. Москва, конец 1860-х
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский. Романс для фортепиано, op. 5. Автограф. Москва, 1868
Российский национальный музей музыки, Москва
Отец Чайковского, Илья Петрович, всегда поддерживал его увлечение музыкой. Однажды он спросил у Кюндингера, сможет ли сын стать профессиональным музыкантом. Тот ответил, что талантом младший Чайковский не обладает, да и начинать карьеру в 21 год поздно. Но Илья Петрович все же предложил юноше всерьез попробовать себя в музыке. Так в сентябре 1861 года Чайковский поступил в Музыкальные классы Русского музыкального общества, которые спустя год преобразовались в Санкт-Петербургскую консерваторию. А Кюндингер много лет спустя писал: «Если бы я мог предвидеть, кто выйдет из тогдашнего правоведа, то вел бы дневник наших уроков с ним».
Когда Чайковский окончил консерваторию в 1865 году, его пригласили на место преподавателя в Музыкальные классы Московского отделения Русского музыкального общества. Вскоре они были реорганизованы в Московскую консерваторию. Так начался плодотворный для композитора «московский период». За 12 лет Чайковский поработал во всех музыкальных жанрах: написал пять опер, четыре симфонии, знаменитый балет «Лебединое озеро» и большую часть фортепианных миниатюр.
Одну из них — «Романс» 1868 года — композитор посвятил Дезире Арто — известной певице, которая выступала в составе итальянской оперной труппы. Весной 1868 года она приехала в Москву, где и познакомилась с Чайковским во время подготовки спектакля «Севильский цирюльник». Завязался роман, речь даже зашла о помолвке, но брак так и не состоялся. Мать Арто была категорически против ее союза с молодым музыкантом. А самого Чайковского отговаривали друзья, в частности, директор Московской консерватории Николай Рубинштейн: они считали, что композитор потеряет творческую свободу, если станет мужем знаменитой певицы. Разрыв был тяжелым. По воспоминаниям критика Николая Кашкина, Чайковский даже плакал, видя бывшую возлюбленную на сцене. Дезире Арто вскоре уехала из России и вышла замуж за Мариано Падилья-и-Рамоса, испанского оперного певца.
Через 20 лет она снова увиделась с Чайковским. Встреча была теплой, и Арто попросила композитора написать для нее романс. В память об их первых встречах Чайковский написал шесть романсов на стихи французских поэтов.

Концерт для фортепиано
с оркестром №1

Концерт для фортепиано
с оркестром №1
Одно из самых известных своих произведений, Первый фортепианный концерт, Чайковский написал в 1874 году. Это был его первый опыт в подобном жанре, и сочинение стало для композитора настоящим вызовом. Фортепианные концерты, как правило, писали те, кто сам мог их исполнить. А вот Петр Ильич профессиональным пианистом так и не стал. Поэтому во время работы над произведением ему пришлось «изобретать» фортепианные пассажи, а не обращаться к готовым элементам, известным опытным исполнителям. В результате сочинение получилось действительно сложным.
Г. фон Бюлов. Фотография Г.Ф. Штейнберга. Санкт-Петербург, начало 1870-х
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский. Концерт №1 для фортепиано с оркестром. Экземпляр первого издания партитуры. Москва, издательство «П. Юргенсон», 1879
Российский национальный музей музыки, Москва
Н.Г. Рубинштейн. Москва, 1870-е
Российский национальный музей музыки, Москва
Первым, кто увидел концерт, был выдающийся пианист Николай Рубинштейн, глава музыкальной Москвы и исполнитель многих произведений Чайковского. В канун Рождества 1874 года Чайковский представил ему новое сочинение, сыграв его по только что завершенной рукописи в одном из классов Московской консерватории. Что было дальше, Чайковский подробно описал в письме Надежде фон Мекк:
«Из уст Николая Григорьевича полился поток речей, сначала тихий, потом все более и более переходивший в тон Юпитера-громовержца. Оказалось, что концерт мой никуда не годится, что играть его невозможно… что как сочинение это плохо, пошло, что я то украл оттуда-то, а то оттуда-то, что есть только две-три страницы, которые можно оставить. <…> Посторонний человек, попавший бы в эту комнату, мог подумать, что я — маниак, бездарный и ничего не смыслящий писака, пришедший к знаменитому музыканту приставать с своей дребеденью».
«Из уст Николая Григорьевича полился поток речей, сначала тихий, потом все более и более переходивший в тон Юпитера-громовержца. Оказалось, что концерт мой никуда не годится, что играть его невозможно… что как сочинение это плохо, пошло, что я то украл оттуда-то, а то оттуда-то, что есть только две-три страницы, которые можно оставить. <…> Посторонний человек, попавший бы в эту комнату, мог подумать, что я — маниак, бездарный и ничего не смыслящий писака, пришедший к знаменитому музыканту приставать с своей дребеденью».
Чайковский же заявил Рубинштейну, что напечатает произведение, не изменив ни одной ноты. Так он и сделал. Концерт впервые представили публике в Бостоне в октябре 1875 года. Первому исполнителю, Гансу фон Бюлову, Чайковский в итоге и посвятил сочинение. А Николай Рубинштейн вскоре переменил свое мнение о концерте и не раз исполнял его и как пианист, и как дирижер.
П.И. Чайковский. Концерт №1 для фортепиано с оркестром. Автограф переложения для двух фортепиано. Москва, декабрь 1874 года
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский. Концерт №1 для фортепиано с оркестром. Автограф партитуры. Москва, январь-февраль 1875 года
Российский национальный музей музыки, Москва

Симфония №4 фа минор op. 36

Симфония №4 фа минор op. 36
Одним из самых близких друзей Чайковского была Надежда фон Мекк, вдова железнодорожного магната и известная меценатка. Фон Мекк в течение 13 лет поддерживала композитора финансово, тем самым позволив ему полностью сосредоточиться на музыке и творчестве. Общались друзья исключительно по переписке, а виделись всего несколько раз, и то случайно.
П.И. Чайковский. Симфония №4. Экземпляр первого издания партитуры. Москва, издательство «П. Юргенсон», 1880
Российский национальный музей музыки, Москва
Меценатка Надежда фон Мекк
Фотография: wikipedia.org
П.И. Чайковский. Симфония №4. Автограф партитуры. Венеция — Сан-Ремо, декабрь 1877 — январь 1878 года
Российский национальный музей музыки, Москва
В письмах Чайковский и фон Мекк обсуждали множество тем, не только повседневных, но и философских. Говорили, например, о судьбе и смерти, борьбе человека за его счастье. Именно переписка с благотворительницей во многом сформировала тот мир идей и образов, который композитор воплотил в своей Четвертой симфонии.
Рассказывая в письмах фон Мекк о работе над этим сочинением, Чайковский часто называл его «наша симфония». Фон Мекк композитор симфонию и посвятил, однако указать ее имя в нотах не мог. По неизвестной причине фон Мекк никому не разрешала посвящать ей произведения, хотя и была большой любительницей музыки. В частности, у нее было собственное домашнее трио, где в начале 1880-х годов играл молодой Клод Дебюсси. Он даже хотел жениться на одной из дочерей фон Мекк, но она согласия на брак так и не дала.
Когда работа над Четвертой симфонией подходила к концу, Чайковский спросил фон Мекк, в какой форме она все-таки приняла бы его посвящение. Ответ был таким:
«Вы писали мне, Петр Ильич, о Вашей симфонии и хотели, чтобы я сказала свое желание, что касается до ее посвящения, — но прежде, чем высказать это желание, позвольте мне сделать Вам один вопрос, а именно: считаете ли вы меня своим другом? Я по своему расположению, взгляду на Вас, участию и безграничному желанию Вам всего доброго, имею основание называть себя Вашим другом. Но так как Вы ни разу еще не назвали меня этим именем, то я не знаю, признаете ли Вы меня другом и относитесь ли ко мне как к другу. Если на этот вопрос Вы можете сказать мне да, то мне было бы ужасно приятно, если бы Вы на Вашей симфонии выставили, что Вы посвящаете ее Вашему другу, не называя никакого имени».
«Вы писали мне, Петр Ильич, о Вашей симфонии и хотели, чтобы я сказала свое желание, что касается до ее посвящения, — но прежде, чем высказать это желание, позвольте мне сделать Вам один вопрос, а именно: считаете ли вы меня своим другом? Я по своему расположению, взгляду на Вас, участию и безграничному желанию Вам всего доброго, имею основание называть себя Вашим другом. Но так как Вы ни разу еще не назвали меня этим именем, то я не знаю, признаете ли Вы меня другом и относитесь ли ко мне как к другу. Если на этот вопрос Вы можете сказать мне да, то мне было бы ужасно приятно, если бы Вы на Вашей симфонии выставили, что Вы посвящаете ее Вашему другу, не называя никакого имени».
В итоге на Четвертой симфонии Чайковского стоит посвящение «Моему лучшему другу».

Опера «Евгений Онегин»

Опера «Евгений Онегин»
В 1877 году в личной жизни Чайковского начался кризисный период. Второго мая композитор получил письмо от 28-летней Антонины Милюковой, бывшей студентки консерватории. Она признавалась композитору в любви.
Петр Чайковский
Из письма Петра Чайковского Надежде фон Мекк
«Письмо было написано так искренно, так тепло, что я решился на него ответить, чего прежде тщательно в подобных случаях избегал. Хотя ответ мой не подавал моей корреспондентке никакой надежды на взаимность, но переписка завязалась. <…> Теперь мне кажется, как будто какая-то сила рока влекла меня к этой девушке. Я при свидании снова объяснил ей, что ничего, кроме симпатии и благодарности за ее любовь, к ней не питаю. Но, расставшись с ней, я стал обдумывать всю легкомысленность моего поступка. Если я ее не люблю, если я не хочу поощрить ее чувств, то почему я был у нее и чем это все кончится? Из следующего затем письма я пришел к заключению, что если, зайдя так далеко, я внезапно отвернусь от этой девушки, то сделаю ее действительно несчастной, приведу ее к трагическому концу. Таким образом, мне представилась трудная альтернатива: или сохранить свою свободу ценою гибели этой девушки (гибель здесь не пустое слово: она в самом деле любит меня беспредельно) или жениться. Я не мог не избрать последнего».
Петр Чайковский
Из письма Петра Чайковского Надежде фон Мекк
«Письмо было написано так искренно, так тепло, что я решился на него ответить, чего прежде тщательно в подобных случаях избегал. Хотя ответ мой не подавал моей корреспондентке никакой надежды на взаимность, но переписка завязалась. <…> Теперь мне кажется, как будто какая-то сила рока влекла меня к этой девушке. Я при свидании снова объяснил ей, что ничего, кроме симпатии и благодарности за ее любовь, к ней не питаю. Но, расставшись с ней, я стал обдумывать всю легкомысленность моего поступка. Если я ее не люблю, если я не хочу поощрить ее чувств, то почему я был у нее и чем это все кончится? Из следующего затем письма я пришел к заключению, что если, зайдя так далеко, я внезапно отвернусь от этой девушки, то сделаю ее действительно несчастной, приведу ее к трагическому концу. Таким образом, мне представилась трудная альтернатива: или сохранить свою свободу ценою гибели этой девушки (гибель здесь не пустое слово: она в самом деле любит меня беспредельно) или жениться. Я не мог не избрать последнего».
Шестого июля состоялась свадьба. Но уже буквально на следующий день Чайковский понял, что совершил ошибку.
«Но как только церемония совершилась, как только я очутился наедине с своей женой, с сознанием, что теперь наша судьба — жить неразлучно друг с другом, я вдруг почувствовал, что не только она не внушает мне даже простого дружеского чувства, но что она мне ненавистна в полнейшем значении этого слова. Мне показалось, что я или, по крайней мере, лучшая, даже единственно хорошая часть моего я, т. е. музыкальность, погибла безвозвратно. Дальнейшая участь моя представлялась мне каким-то жалким прозябанием и самой несносной, тяжелой комедией. Моя жена передо мной ничем не виновата: она не напрашивалась на брачные узы. Следовательно, дать ей почувствовать, что я не люблю ее, что смотрю на нее как на несносную помеху, было бы жестоко и низко. Остается притворяться. Но притворяться целую жизнь — величайшая из мук. Уж где тут думать о работе. Я впал в глубокое отчаяние, тем более ужасное, что никого не было, кто бы мог поддержать и обнадежить меня. Я стал страстно, жадно желать смерти».
Петр Чайковский
Из письма Петра Чайковского Надежде фон Мекк
Петр Чайковский
Из письма Петра Чайковского Надежде фон Мекк
«Но как только церемония совершилась, как только я очутился наедине с своей женой, с сознанием, что теперь наша судьба — жить неразлучно друг с другом, я вдруг почувствовал, что не только она не внушает мне даже простого дружеского чувства, но что она мне ненавистна в полнейшем значении этого слова. Мне показалось, что я или, по крайней мере, лучшая, даже единственно хорошая часть моего я, т. е. музыкальность, погибла безвозвратно. Дальнейшая участь моя представлялась мне каким-то жалким прозябанием и самой несносной, тяжелой комедией. Моя жена передо мной ничем не виновата: она не напрашивалась на брачные узы. Следовательно, дать ей почувствовать, что я не люблю ее, что смотрю на нее как на несносную помеху, было бы жестоко и низко. Остается притворяться. Но притворяться целую жизнь — величайшая из мук. Уж где тут думать о работе. Я впал в глубокое отчаяние, тем более ужасное, что никого не было, кто бы мог поддержать и обнадежить меня. Я стал страстно, жадно желать смерти».
Чайковский начал задумываться о побеге: с каждым днем он чувствовал себя все хуже и хуже.
Петр Чайковский
Из письма Петра Чайковского Надежде фон Мекк
«Тут пришлось ехать к матери моей жены. Здесь муки мои удесятерились. Мать и весь entourage [окружение] семьи, куда я вошел, мне антипатичен. Кругозор их узок, взгляды дики, все они друг с другом чуть не на ножах; при всем этом жена моя (может быть, и несправедливо) с каждым часом делалась мне ненавистнее».
Петр Чайковский
Из письма Петра Чайковского Надежде фон Мекк
«Тут пришлось ехать к матери моей жены. Здесь муки мои удесятерились. Мать и весь entourage [окружение] семьи, куда я вошел, мне антипатичен. Кругозор их узок, взгляды дики, все они друг с другом чуть не на ножах; при всем этом жена моя (может быть, и несправедливо) с каждым часом делалась мне ненавистнее».
В итоге в августе того же года композитор уехал в Санкт-Петербург, а затем бежал за границу, где прожил до середины 1878 года. В Швейцарии и Италии Чайковский много работал. В трудной ситуации его продолжала поддерживать фон Мекк. Чайковский и Милюкова так и не смогли развестись — формально они до конца жизни оставались мужем и женой, хотя виделись после расставания всего несколько раз.
П.И. Чайковский. Фотография М.Н. Конарского. Москва, 1 апреля 1884 года
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский с супругой А.И. Милюковой. 1877 год
Государственный мемориальный музей-заповедник П.И. Чайковского, Клин, Московская область
Именно в это время Чайковский создал огромное количество известных произведений. Так, в середине мая, еще до свадьбы, он начал работу над своей пятой оперой — «Евгений Онегин». Предыдущие его произведения в этом жанре успешными так и не стали, поэтому в сценическую удачу «Евгения Онегина» композитор тоже не особо верил. И работал над произведением скорее для самого себя, чем для потенциального зрителя.
П.И. Чайковский. Опера «Евгений Онегин». Экземпляр первого издания переложения для пения с фортепиано. Москва, издательство «П. Юргенсон», 1878
Российский национальный музей музыки, Москва
М.Н. Климентова, первая исполнительница роли Татьяны в опере «Евгений Онегин». Москва, 1879
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский. Опера «Евгений Онегин», действие I. Автограф партитуры. Каменка — Кларан — Венеция, август 1877 — январь 1878 года
Российский национальный музей музыки, Москва
Чайковский называл «Онегина» не оперой, а «лирическими сценами». Основой его сочинения стали внутренние переживания, эмоции героев — тогда как классический оперный спектакль той эпохи предполагал массовые сцены, напряженное действие.
Завершалась опера драматичной и напряженной сценой, в которой Татьяна, охваченная чувствами к Онегину, переживала мучительную душевную борьбу, сохраняя верность законному мужу. Моменты слабости героини, в частности, ее объятия с Онегиным, которые Чайковский указал в сценических ремарках, многие критики восприняли как вольную трактовку Пушкина и категорически не приняли. А Иван Тургенев, например, не оценил либретто в целом.
«Несомненно, замечательная музыка, особенно хороши лирические, мелодические места. Но что за либретто! Представьте, стихи Пушкина о действующих лицах вкладываются в уста самих действующих лиц».
Иван Тургенев
Из письма Ивана Тургенева ко Льву Толстому от 15 (27) ноября 1878 года
Иван Тургенев
Из письма Ивана Тургенева ко Льву Толстому от 15 (27) ноября 1878 года
«Несомненно, замечательная музыка, особенно хороши лирические, мелодические места. Но что за либретто! Представьте, стихи Пушкина о действующих лицах вкладываются в уста самих действующих лиц».
Чайковский критике уступил и изменил финал. После этого «Евгений Онегин» быстро стал самой популярной русской оперой: только при жизни композитора ее поставили 16 раз не только в России, но и за границей.

Романс «Средь шумного бала», op. 38

Романс «Средь шумного бала», op. 38
Жизненный кризис 1877–1878 годов положил начало периоду «странствий» Чайковского, вернувшегося в Россию. Композитору на тот момент было почти 40 лет, но собственным домом он еще не обзавелся. Поэтому то арендовал разное жилье в Москве, то благодаря поддержке фон Мекк жил за границей — иногда в ее имениях, иногда снимая номера в пансионах. А на лето возвращался в Россию и останавливался, как правило, у сестры Александры в Каменке. О покупке собственного дома на родине Чайковский задумался только в 1885 году. Композитор обратил внимание на места под подмосковным городом Клином, где долго снимал дома в разных усадьбах, несколько раз — в Майданово. Оттуда он писал фон Мекк:
«Милый, дорогой друг! Вчера я возвратился к себе домой после месячного отсутствия и более чем когда-либо осознал, до какой степени я нуждался в обладании маленького уголка и до чего приятно после странствования и в суете проводимых дней очутиться у себя».
«Милый, дорогой друг! Вчера я возвратился к себе домой после месячного отсутствия и более чем когда-либо осознал, до какой степени я нуждался в обладании маленького уголка и до чего приятно после странствования и в суете проводимых дней очутиться у себя».
В мае 1892 года Чайковский снял дом на окраине Клина — тот самый, где сейчас расположен его мемориальный музей.
А.И. Чайковский. Фотография К.И. Бергамаско. Санкт-Петербург, 1870-е
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский. Опера «Евгений Онегин», действие I. Автограф партитуры. Каменка — Кларан — Венеция, август 1877 — январь 1878 года
Российский национальный музей музыки, Москва
Государственный мемориальный музыкальный музей-заповедник П.И. Чайковского, Клин, Московская область
Фотография: Юрий Кирсанов / фотобанк «Лори»
В кризисное время после неудачного брака Чайковского поддерживала не только сестра, но и братья — близнецы Модест и Анатолий. Анатолию композитор посвятил опус 38, куда вошли шесть известных романсов. Четыре композиции были написаны на стихи Алексея Толстого, одного из любимых поэтов Чайковского. В письме к фон Мекк, благодаря ее за присланные поэтические сборники, композитор писал:
«Особенно меня радует Толстой, которого я очень люблю, и, независимо от моего намерения воспользоваться некоторыми из его текстов для романсов, я буду рад перечитать многие из его больших вещей».
«Особенно меня радует Толстой, которого я очень люблю, и, независимо от моего намерения воспользоваться некоторыми из его текстов для романсов, я буду рад перечитать многие из его больших вещей».
Всего на слова Толстого Чайковский создал 13 вокальных миниатюр: 11 романсов и два дуэта.

Фортепианное трио
«Памяти великого художника», op. 50

Фортепианное трио
«Памяти великого художника», op. 50
В марте 1881 года тяжело заболел друг и творческий партнер Чайковского Николай Рубинштейн. Врачи настояли на лечении во Франции, но, не доехав до Ниццы, он умер в Париже. Известие о смерти музыканта застало Чайковского в Италии, и он приехал на похороны спустя несколько дней. Уход Рубинштейна стал для композитора колоссальной травмой. Он ценил его не только как близкого человека, но и как исполнителя, который мог сыграть его произведения именно так, как их задумывал сам Чайковский.
Петр Чайковский
Из письма Петра Чайковского Николаю Рубинштейну
«…Я бы, конечно, никогда не сделал бы себе имени, если б у меня не был под рукой такой превосходный истолкователь, как ты. Если б тебя не было в России, то я был бы обречен на вечные искажения».
Петр Чайковский
Из письма Петра Чайковского Николаю Рубинштейну
«…Я бы, конечно, никогда не сделал бы себе имени, если б у меня не был под рукой такой превосходный истолкователь, как ты. Если б тебя не было в России, то я был бы обречен на вечные искажения».
Спустя полгода Чайковский начал работать над фортепианным трио «Памяти великого художника». Музыкальный критик Николай Кашкин вспоминал, как однажды группа профессоров консерватории во главе с Рубинштейном поехала отметить удачную премьеру «Снегурочки» с музыкой Чайковского на Воробьевы горы. По дороге им повстречались крестьяне, и Рубинштейн шутки ради попросил их спеть несколько народных песен. Одна из них очень понравилась Чайковскому, и он интерпретировал ее в фортепианном трио памяти Рубинштейна.
П.И. Чайковский. Трио «Памяти великого художника». Экземпляр второго прижизненного издания. Титул. Москва, издательство «П. Юргенсон», 1892
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский. Трио «Памяти великого художника». Автограф партитуры. Рим, январь-февраль 1882 года
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский. Трио «Памяти великого художника». Экземпляр второго прижизненного издания. Шмуцтитул. Москва, издательство «П. Юргенсон», 1892
Российский национальный музей музыки, Москва
Всего Чайковский посвятил Николаю Рубинштейну рекордное для себя количество произведений — семь.

Кантата «Москва»

Кантата «Москва»
13 марта 1881 года был убит император Александр II. Чайковского это известие застало в Неаполе. 15 марта он писал фон Мекк:
«Известие это так поразило меня, что я едва не заболел. В такие ужасные минуты всенародного бедствия, при таких позорящих Россию случаях тяжело находиться на чужбине. Хотелось перелететь в Россию, узнать подробности, быть в среде своих, принять участие в сочувственных демонстрациях новому государю и вместе с другими вопить о мщении. Неужели и на этот раз не будет вырвана с корнем отвратительная язва нашей политической жизни? Ужасно подумать, что, быть может, последняя катастрофа еще не эпилог всей этой трагедии».
«Известие это так поразило меня, что я едва не заболел. В такие ужасные минуты всенародного бедствия, при таких позорящих Россию случаях тяжело находиться на чужбине. Хотелось перелететь в Россию, узнать подробности, быть в среде своих, принять участие в сочувственных демонстрациях новому государю и вместе с другими вопить о мщении. Неужели и на этот раз не будет вырвана с корнем отвратительная язва нашей политической жизни? Ужасно подумать, что, быть может, последняя катастрофа еще не эпилог всей этой трагедии».
Коронация Александра III состоялась в мае 1883 года. Во время обеда нового императора по церемониалу полагалось исполнять торжественную кантату. Ее заказали Чайковскому, но композитор не сразу согласился взяться за работу. В это время он обитал в Париже, и на его попечении жила племянница Татьяна Давыдова, ожидавшая ребенка. Девушку Чайковский любил, но опекать ее ему было очень сложно.
«Вчера сестра моя была так сильно больна, что пришлось созвать консилиум. <…> А тут еще рядом с нею приходится ухаживать за племянницей Таней, которая, как Вам известно, больна с ноября и теперь от волнения и страха за мать, того и смотри, сляжет надолго. Врачи требуют, чтобы при первой возможности Таня уехала за границу главнейшим образом для того, чтобы на время разлучить мать с дочерью. Каждая из них (будучи болезненно нервными натурами) вздохнет несколько свободнее, когда предмет вечного беспокойства и тревоги будет вдали. Так как Тане нужен провожатый, то очень может быть, что мне придется ехать с нею. Мне, стремившемуся отдохнуть в деревне от пережитых тревог, очень не улыбается поездка, но что делать!»
Петр Чайковский
Из письма Петра Чайковского Надежде фон Мекк
Петр Чайковский
Из письма Петра Чайковского Надежде фон Мекк
«Вчера сестра моя была так сильно больна, что пришлось созвать консилиум. <…> А тут еще рядом с нею приходится ухаживать за племянницей Таней, которая, как Вам известно, больна с ноября и теперь от волнения и страха за мать, того и смотри, сляжет надолго. Врачи требуют, чтобы при первой возможности Таня уехала за границу главнейшим образом для того, чтобы на время разлучить мать с дочерью. Каждая из них (будучи болезненно нервными натурами) вздохнет несколько свободнее, когда предмет вечного беспокойства и тревоги будет вдали. Так как Тане нужен провожатый, то очень может быть, что мне придется ехать с нею. Мне, стремившемуся отдохнуть в деревне от пережитых тревог, очень не улыбается поездка, но что делать!»
Справляясь со всеми тревогами, Чайковский еще и работал над оперой «Мазепа». И именно в это время он получил заказ на два крупных произведения для коронации — торжественный коронационный марш и кантату «Москва» на стихи Аполлона Майкова. В итоге он принял оба заказа и исполнил их в необычайно короткий срок — всего за две недели. И марш, и кантата понравились не только императору — их еще много раз исполняли на концертах как при жизни Чайковского, так и после его смерти.
П.И. Чайковский. Кантата «Москва». Экземпляр первого издания переложения для пения с фортепиано. Москва, издательство «П. Юргенсон», 1883
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский. Кантата «Москва». Автограф партитуры. Париж, март-апрель 1883 года
Российский национальный музей музыки, Москва

«Спящая красавица»

«Спящая красавица»
Идею второго балета (первым было «Лебединое озеро») Чайковскому предложил директор Императорских театров Иван Всеволожский. В августе 1888 года композитор получил либретто, а позже — и подробный сценарий балета по мотивам сказок Шарля Перро, над которым работали балетмейстер Мариус Петипа и сам Всеволожский. Все происходящее на сцене авторы описали подробнейшим образом. Например, сцену, где принцесса Аврора уколола палец веретеном:
«2/4, быстро. В ужасе она больше не танцует — это не танец, а головокружительное, безумное движение словно от укуса тарантула! Наконец, она падает бездыханной. Это неистовство должно длиться не более чем от 24 до 32 тактов».
«2/4, быстро. В ужасе она больше не танцует — это не танец, а головокружительное, безумное движение словно от укуса тарантула! Наконец, она падает бездыханной. Это неистовство должно длиться не более чем от 24 до 32 тактов».
Чайковский взялся за «Спящую красавицу» во время продолжительной гастрольной поездки по странам Европы, которая завершилась путешествием из Марселя в Тифлис по Средиземному морю. Эскизы некоторых номеров композитор сделал на корабле, возможно, под впечатлением от открывавшихся видов. Но основная работа над балетом началась, когда Чайковский вернулся на родину. Сочинение заняло у него очень короткое время: эскзиы композитор завершил буквально за три недели.
П.И. Чайковский. Фотография А. Пазетти, Санкт-Петербург, конец 1889 — начало 1890 года
Российский национальный музей музыки, Москва
Участники первой постановки балета «Спящая красавица» в Мариинском театре. Санкт-Петербург, 1890
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский. Балет «Спящая красавица». Экземпляр первого издания переложения для фортепиано в две руки. А.И. Зилоти. Москва, издательство «П. Юргенсон», 1890
Российский национальный музей музыки, Москва
3 января 1890 года на сцене Мариинского театра состоялась премьера балета. Это был самый дорогой спектакль Мариинки на тот момент, однако критики его не оценили. Рецензенты разнесли и хореографию, и музыку. Одно издание написало:
«Для глаз сделано все, а для хореографии ровно ничего. Феерия так и напоминает книгу в роскошном переплете с пустыми страницами. Музыка г. Чайковского вовсе для танцев не подходит. Под нее даже и танцевать нельзя. <…> Есть две-три музыкальные фразы, но их композитор повторяет без конца».
«Для глаз сделано все, а для хореографии ровно ничего. Феерия так и напоминает книгу в роскошном переплете с пустыми страницами. Музыка г. Чайковского вовсе для танцев не подходит. Под нее даже и танцевать нельзя. <…> Есть две-три музыкальные фразы, но их композитор повторяет без конца».
А вот мнение публики с мнением критиков разошлось. «Балет-феерию» за первые два сезона показали около 50 раз. Даже брат Чайковского Модест с трудом смог достать билеты на один из вечеров. Так «Спящая красавица» стала одним из самых успешных балетов Чайковского еще при жизни композитора.

«Пиковая дама»

«Пиковая дама»
Идея оперы на сюжет «Пиковой дамы» Пушкина принадлежала не самому Чайковскому, а его младшему брату Модесту. В начале 1890 года Петр Ильич писал фон Мекк:
«…брат мой Модест три года тому назад приступил к сочинению либретто на сюжет «Пиковой дамы» по просьбе некоего Кленовского, но сей последний от сочинения музыки в конце концов отказался, почему-то не сладив со своей задачей. Между тем директор театров Всеволожский увлекся мыслью, чтобы я написал на этот самый сюжет оперу и притом непременно к будущему сезону. Он высказал мне это желание, и так как это совпало с моим решением бежать из России в январе и заняться сочинением, то я согласился…»
«…брат мой Модест три года тому назад приступил к сочинению либретто на сюжет «Пиковой дамы» по просьбе некоего Кленовского, но сей последний от сочинения музыки в конце концов отказался, почему-то не сладив со своей задачей. Между тем директор театров Всеволожский увлекся мыслью, чтобы я написал на этот самый сюжет оперу и притом непременно к будущему сезону. Он высказал мне это желание, и так как это совпало с моим решением бежать из России в январе и заняться сочинением, то я согласился…»
Черновики к опере Чайковский написал за 44 дня во Флоренции — в городе Данте, одного из любимых драматургов композитора. Либретто заметно отличалось от пушкинского текста: Чайковский перенес фокус произведения со страсти Германа к игре на лирическую тему — отношения Германа и Лизы. А также изменил имя героя: переделал фамилию Германн в имя Герман.
П.И. Чайковский. Опера «Пиковая дама». Экземпляр прижизненного издания переложения для пения с фортепиано. Москва, издательство «П. Юргенсон», не позднее 1893 года
Российский национальный музей музыки, Москва
Н.Н. Фигнер, П.И. Чайковский и М.Н. Фигнер. Фотография Г.В. Трунова. Москва, 1890
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский. Опера «Пиковая дама». Автограф переложения для пения с фортепиано. Флоренция, март-апрель 1890 года
Российский национальный музей музыки, Москва
Премьера оперы состоялась в Мариинском театре в декабре 1890 года. Постановку приняли хорошо, но хитом она так и не стала. При жизни Чайковского ее сыграли всего несколько раз. Исполнитель главной роли Николай Фигнер соглашался выходить на сцену только в паре со своей супругой Медеей. Она же по неизвестной сегодня причине выступать не могла, и потому оперу временно сняли. Чайковский, конечно, обиделся: сам он был очень доволен произведением. Композитор посчитал, что «Пиковую даму» убрали с подмостков из-за холодности императора. Своему издателю, Петру Юргенсону, он писал: «Между прочим, я объявил, что после афронта, нанесенного мне теперь, — я имею основание думать, что и с будущими моими сочинениями будут так поступать, а потому только тогда примусь за заказываемые мне к будущему сезону одноактную оперу и балет, когда получу официальное удостоверение, что государь этого желает».

Симфония №6 си минор, соч. 74
«Патетическая»

Симфония №6 си минор, соч. 74
«Патетическая»
В 1889 году Чайковский писал фон Мекк: «Мне ужасно хочется написать какую-нибудь грандиозную симфонию, которая была бы как бы завершением всей моей сочинительской карьеры…» В 1891 году появились первые наброски новой симфонии, которую композитор собирался назвать «Жизнь», но так и не довел до конца. Ее Чайковский писал во время поездки в США, где дирижировал оркестром на открытии Карнеги-холла и с большим успехом выступил в Балтиморе и Филадельфии.
Через два года у композитора возник план новой симфонии. «Во время путешествия у меня появилась мысль другой симфонии… с такой программой, которая останется для всех загадкой… Программа эта самая что ни на есть проникнутая субъективностью, и нередко во время странствования, мысленно сочиняя ее, я очень плакал», — писал он любимому племяннику Владимиру Давыдову, очень важному для композитора человеку. Ему Чайковский и посвятил итоговое сочинение.
П.И. Чайковский. Симфония №6 «Патетическая». Автограф партитуры. Титульный лист рукописи. Клин, август 1893 года
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский с племянником В.Л. Давыдовым. Париж, 1892
Российский национальный музей музыки, Москва
П.И. Чайковский. Симфония №6 «Патетическая». Автограф партитуры. Последняя страница рукописи. Клин, август 1893 года
Российский национальный музей музыки, Москва
Впервые Шестую симфонию исполнил 16 октября 1893 года в Петербурге оркестр под управлением самого Чайковского. Произведение вызвало у слушателей скорее замешательство, чем восхищение. «С этой симфонией происходит что-то странное! — писал композитор после премьеры. — Она не то чтобы не понравилась, но произвела некоторое недоумение. Что касается меня самого, то я горжусь ей более, чем каким-либо другим моим сочинением».
Спустя несколько дней после премьеры Чайковский ужинал в дорогом петербургском ресторане Лейнера. В России в это время бушевала эпидемия, но, несмотря на это, композитору подали по его требованию некипяченую воду. Вскоре он почувствовал себя плохо, приехавший врач поставил диагноз — «холера». И 6 ноября Чайковский скончался в доме своего брата Модеста. Ему было всего 53 года.
Спустя несколько дней Шестая симфония прозвучала снова — в память о композиторе. Ее исполнил оркестр под управлением Эдуарда Направника. Сын дирижера позднее писал:
«Я был тоже на первой репетиции. Отец, волнуясь, обратился к оркестру с несколькими прочувствованными словами о Петре Ильиче. Шестая симфония произвела сильнейшее впечатление и имела громадный успех».
«Я был тоже на первой репетиции. Отец, волнуясь, обратился к оркестру с несколькими прочувствованными словами о Петре Ильиче. Шестая симфония произвела сильнейшее впечатление и имела громадный успех».
Шестая («Патетическая») симфония получила абсолютное признание во всем мире и вошла в репертуар всех известнейших дирижеров XX века.
Портал «Культура.РФ» благодарит за помощь в подготовке материала кандидата искусствоведения, ведущего научного сотрудника Российского национального музея музыки Александра Комарова.
Главное изображение: music-education.ru

Автор: Полина Пендина