Демьян Бедный

Басову-Верхоянцеву

Да, добрый, старший друг мой, Басов,
Вот мы уже и старики.
Не знали мы с тобой Парнасов,
А нас везли — взамен Пегасов —
Коньки, простые скакунки. Но эти добрые лошадки
Нас довезли до Октября,
Врезаяся в какие схватки!
Какие пропасти беря! Вот мы теперь и прискакали.
И пусть нас судят за дела:
Работа наша — велика ли
Была она или мала? Пусть тонкоплюйные эстеты
О нас брезгливо говорят:
Мы, дескать, вовсе не поэты,
А так, писаки зауряд. Но мы-то делу знаем цену!
Что нам лавровые венки!
Не к лаврам тянутся, а к сену
Лихие наши скакунки. Сегодня мы на сеновале
В беседе вспомним старину,
Лошадки наши — не в опале,
Но все ж нестися вихрем дале
Иному впору скакуну. Бензин ему милее сена,
Огонь в ноздрях его, не пена.
Друг, побеседуем о днях,
Когда — широкая арена! —
Весь мир обскачет наша смена
На электрических конях!

Демьян Бедный
Демьян Бедный
Демьян Бедный быстро завоевал авторитет в большевистских кругах и получил неофициальное звание классика пролетарской поэзии. С приходом партии к власти книги поэта стали издавать внушительными тиражами, а сам литератор переехал в Большой Кремлевский дворец. Бедный стал первым советским писателем — обладателем ордена Красного Знамени. Однако в конце жизни он столкнулся с жесткой критикой, его произведения перестали печатать, а имя вычеркнули из рядов советских поэтов.