Опера «Путешествие в Реймс» (полусценическое исполнение)

Опера «Путешествие в Реймс, или Гостиница “Золотая лилия”» была написана в 1825 году по случаю коронации короля Франции Карла Х, и ее сюжет разворачивается как раз вокруг коронации, куда стремятся успеть многочисленные гости. Сам Россини называл свое сочинение сценической кантатой, и действительно, оно отличается от оперной модели, привычной для этого мастера. В опере четырнадцать (!) главных персонажей, состоящих в весьма запутанных взаимоотношениях. Небольшие ариозо то и дело прерываются квартетами и секстетами. Композитор часто отступает от нормативов так называемой la solita forma (речитатив — медленная ария — быстрая кабалетта), притом россиниевский почерк узнаваем, требования к виртуозности крайне высоки, а музыка витальна, солнечна и прозрачна.
Успеха у публики эта гениальная феерия в свое время не получила; более того, поскольку она была написана по конкретному случаю, автор изначально и не рассчитывал на долгую репертуарную жизнь собственного творения. Партитура была отозвана из парижского театра Комеди Итальен и оказалась на полке. Музыка из «Путешествия в Реймс» появилась позже в опере «Граф Ори»: в те времена самоцитирование было обычной практикой. Столь разумный метод соответствовал и бонвиванству Россини: зачем изнурять себя сочинением новой музыки, если можно приспособить старую, которую все равно мало кто слышал? «Путешествие в Реймс» было вновь обнаружено только в 1977 году, в архиве римской консерватории Санта-Чечилия, где музыковеды Дженет Джонсон и Филип Госсетт нашли странные ноты «Графа Ори», в которых была неизвестная до тех пор музыка. После нескольких лет работы по восстановлению партитуры, в 1984 году состоялась премьера оперы на россиниевском фестивале в Пезаро, родном городе композитора. С тех пор опера вошла в мировой репертуар, записывалась около десяти раз, а в Мариинском театре появилась в 2006 году, где была поставлена совместно с парижским театром Шатле.
В спектакле нет пышных исторических костюмов; сцены — как и полагается — многолюдны. При этом все сделано элегантно, точно и тонко, с необходимой красочностью, но без излишеств. Весь контекст работает на то, чтобы наиболее органично раскрыть россиниевскую музыку и не потерять персонажей из виду в хитросплетениях сюжета. Денис Великжанин