КОМУ ИОСИФ БРОДСКИЙ ПОСВЯТИЛ СТИХОТВОРЕНИЕ «ОДНОЙ ПОЭТЕССЕ»?

Отвечает Дарья Мартыненко, автор портала «Культура.РФ»
КОМУ ИОСИФ БРОДСКИЙ ПОСВЯТИЛ СТИХОТВОРЕНИЕ «ОДНОЙ ПОЭТЕССЕ»?
Отвечает Дарья Мартыненко,
автор портала «Культура.РФ»
Многие современники считали, что это сочинение посвящено поэтессе Белле Ахмадулиной.
Иосиф Бродский написал стихотворение «Одной поэтессе» в 1965 году, когда находился в ссылке «за тунеядство». В 1964 году его отправили на 5 лет работать в совхозе в деревне Норенской Архангельской области. Однако Фрида Вигдорова, Лидия Чуковская и Анна Ахматова, которые записывали от руки все судебные заседания, стали обращаться в разные инстанции. Они доказывали, что поэта обвинили в тунеядстве незаслуженно, так как он работал — писал стихи.

Многие известные люди, например Дмитрий Шостакович, Самуил Маршак, Корней Чуковский, Юрий Герман, Константин Паустовский, подписали письмо в защиту поэта. За него просили и зарубежные писатели: Жан-Поль Сартр, Луи Арагон, Пабло Неруда. И уже в сентябре 1965 года Бродского освободили.

В стихотворении «Одной поэтессе» он размышлял о поэзии и утвердил свое кредо — писать о том, что думаешь, и ни перед кем не выслуживаться.

Многие современники считали, что это сочинение посвящено поэтессе Белле Ахмадулиной. Бродский называл ее «подлинным поэтом», но критиковал за то, что она не писала на социальные и политические темы. Это различие между поэтами можно было бы соотнести со строчками: «Я заражен нормальным классицизмом. / А вы, мой друг, заражены сарказмом. / Конечно, просто сделаться капризным, / по ведомству акцизному служа».

В 2008 году вышла книга «Веселый спутник. Воспоминания о Иосифе Бродском». Ее написала Рада Аллой — вдова журналиста и издателя Владимира Аллоя. Она познакомилась с Иосифом Бродским в 1962 году, вошла в близкий круг его друзей и среди первых узнавала о его новых сочинениях. Аллой вспоминала:
Иосиф Бродский написал стихотворение «Одной поэтессе» в 1965 году, когда находился в ссылке «за тунеядство». В 1964 году его отправили на 5 лет работать в совхозе в деревне Норенской Архангельской области. Однако Фрида Вигдорова, Лидия Чуковская и Анна Ахматова, которые записывали от руки все судебные заседания, стали обращаться в разные инстанции. Они доказывали, что поэта обвинили в тунеядстве незаслуженно, так как он работал — писал стихи.

Многие известные люди, например Дмитрий Шостакович, Самуил Маршак, Корней Чуковский, Юрий Герман, Константин Паустовский, подписали письмо в защиту поэта. За него просили и зарубежные писатели: Жан-Поль Сартр, Луи Арагон, Пабло Неруда. И уже в сентябре 1965 года Бродского освободили.

В стихотворении «Одной поэтессе» он размышлял о поэзии и утвердил свое кредо — писать о том, что думаешь, и ни перед кем не выслуживаться.

Многие современники считали, что это сочинение посвящено поэтессе Белле Ахмадулиной. Бродский называл ее «подлинным поэтом», но критиковал за то, что она не писала на социальные и политические темы. Это различие между поэтами можно было бы соотнести со строчками: «Я заражен нормальным классицизмом. / А вы, мой друг, заражены сарказмом. / Конечно, просто сделаться капризным, / по ведомству акцизному служа».

В 2008 году вышла книга «Веселый спутник. Воспоминания о Иосифе Бродском». Ее написала Рада Аллой — вдова журналиста и издателя Владимира Аллоя. Она познакомилась с Иосифом Бродским в 1962 году, вошла в близкий круг его друзей и среди первых узнавала о его новых сочинениях. Аллой вспоминала:
Когда в первый раз он прочел нам «Одной поэтессе», то спросил: «Ну о ком это?» Я пожала плечами, ведь так очевидно: «О Белле Ахмадулиной». — «А ты, Эд, как думаешь»? — «О Белле Ахмадулиной». На это Иосиф ничего не ответил — и осталось непонятным, рассчитывал ли он на такое узнавание или, наоборот, был раздосадован тем, что написал слишком прозрачно.
Этот вопрос интересовал и Валентину Полухину, которая работала над докторской диссертацией о тропах Бродского. В 1980 году она взяла у поэта интервью, которое позднее вошло в наиболее полную книгу о его творчестве «Больше самого себя». Полухина спросила: «Ваше стихотворение «Одной поэтессе» обращено, случайно, не к Белле Ахмадулиной?» А Бродский ответил: «Да нет же. Белла тоже почему-то приняла их на свой счет. Просто к одной знакомой, которую я с таким же успехом мог бы назвать астронавтом, а назвал поэтессой, несколько иронически, может быть, даже оскорбительно».

Слукавил поэт или нет, доподлинно узнать уже невозможно.
«Культура.РФ» благодарит за вопрос читательницу Светлану из города Харькова.
Материалы по теме