ЧТО ТАКОЕ «ПОЛОЧНОЕ КИНО»?

Отвечает Маргарита Ковынева,
автор портала «Культура.РФ»

ЧТО ТАКОЕ «ПОЛОЧНОЕ КИНО»?

Отвечает Маргарита Ковынева,
автор портала «Культура.РФ»
В 1987 году в Союзе кинематографистов создали специальную комиссию, участники которой пересматривали ранее запрещенные фильмы и решали, выпускать их в прокат или нет.
Полочным кино называют фильмы советских режиссеров, которые по разным причинам — чаще всего идеологическим — не вышли в прокат и на телевидении, когда закончились съемки. О них обычно говорили, что такую картину «положили на полку», то есть убрали в архив. Так и появилось выражение «полочное кино». Ленты могли храниться годами и оставаться недоступными для зрителей даже десятилетиями.

Советский кинематограф напрямую зависел от государства: производство фильмов регулировал Комитет по кинематографии Госкино СССР. Цензоры просматривали готовые работы и выносили по ним решения. Одни картины выпускали в прокат, другие отправляли на доработку, чтобы, например, вырезать некоторые сцены. А какие-то ленты и вовсе запрещали.

Иосиф Сталин лично отсматривал многие фильмы, которые должны были выйти в прокат. В Кремле был оборудован специальный зал, где вождь знакомился с новинками. Иногда Сталин вмешивался в работу над картинами картинами напрямую: например, от Сергея Эйзенштейна он потребовал переделать «Генеральную линию». В итоге лента о жизни деревни вышла под названием «Старое и новое» с другим финалом. Сам Эйзенштейн называл ее фильмом с «переломанным хребтом»: «Судьба «Старого и нового» достаточно известна. По ней проехал гусеничный трактор времени вдоль, и трактор нового очередного поворота политики по линии колхозов и совхозов поперек. <…> От цельности первичной концепции остались первые три акта».

Производство другой картины Эйзенштейна, «Бежин луг», тоже посвященной деревне, остановили незадолго до окончания работы. В основе сценария лежала реальная история — гибель пионера Павлика Морозова на Урале. Черновой вариант фильма жестко раскритиковали, режиссера назвали формалистом: на первом плане, по мнению властей, должно было выступать идейное содержание, а не форма произведения. Пленки были утрачены, но позднее материал частично восстановили.

Знаменитый фильм «Застава Ильича», который Марлен Хуциев снял о молодом поколении 1960-х годов, представители партии тоже раскритиковали. Создателей обвинили в том, что они изображали не образцовых советских трудящихся, а «бездельников». Фильм год пролежал на полке, а затем режиссер многие сцены переснял. Картина вышла на экраны, но в сокращенном виде и под другим названием — «Мне 20 лет».

Многие «полочные» картины зрители впервые увидели во второй половине 1980-х годов. В 1987 году в Союзе кинематографистов создали специальную комиссию, участники которой пересматривали ранее запрещенные фильмы и решали, выпускать их в прокат или нет. Именно тогда вышла на экраны полная версия «Заставы Ильича» Хуциева, а также «Скверный анекдот» Александра Алова и Владимира Наумова, «История Аси Клячиной, которая любила, да не вышла замуж» Андрея Кончаловского и многие другие фильмы.
Полочным кино называют фильмы советских режиссеров, которые по разным причинам — чаще всего идеологическим — не вышли в прокат и на телевидении, когда закончились съемки. О них обычно говорили, что такую картину «положили на полку», то есть убрали в архив. Так и появилось выражение «полочное кино». Ленты могли храниться годами и оставаться недоступными для зрителей даже десятилетиями.

Советский кинематограф напрямую зависел от государства: производство фильмов регулировал Комитет по кинематографии Госкино СССР. Цензоры просматривали готовые работы и выносили по ним решения. Одни картины выпускали в прокат, другие отправляли на доработку, чтобы, например, вырезать некоторые сцены. А какие-то ленты и вовсе запрещали.

Иосиф Сталин лично отсматривал многие фильмы, которые должны были выйти в прокат. В Кремле был оборудован специальный зал, где вождь знакомился с новинками. Иногда Сталин вмешивался в работу над картинами картинами напрямую: например, от Сергея Эйзенштейна он потребовал переделать «Генеральную линию». В итоге лента о жизни деревни вышла под названием «Старое и новое» с другим финалом. Сам Эйзенштейн называл ее фильмом с «переломанным хребтом»: «Судьба «Старого и нового» достаточно известна. По ней проехал гусеничный трактор времени вдоль, и трактор нового очередного поворота политики по линии колхозов и совхозов поперек. <…> От цельности первичной концепции остались первые три акта».

Производство другой картины Эйзенштейна, «Бежин луг», тоже посвященной деревне, остановили незадолго до окончания работы. В основе сценария лежала реальная история — гибель пионера Павлика Морозова на Урале. Черновой вариант фильма жестко раскритиковали, режиссера назвали формалистом: на первом плане, по мнению властей, должно было выступать идейное содержание, а не форма произведения. Пленки были утрачены, но позднее материал частично восстановили.

Знаменитый фильм «Застава Ильича», который Марлен Хуциев снял о молодом поколении 1960-х годов, представители партии тоже раскритиковали. Создателей обвинили в том, что они изображали не образцовых советских трудящихся, а «бездельников». Фильм год пролежал на полке, а затем режиссер многие сцены переснял. Картина вышла на экраны, но в сокращенном виде и под другим названием — «Мне 20 лет».

Многие «полочные» картины зрители впервые увидели во второй половине 1980-х годов. В 1987 году в Союзе кинематографистов создали специальную комиссию, участники которой пересматривали ранее запрещенные фильмы и решали, выпускать их в прокат или нет. Именно тогда вышла на экраны полная версия «Заставы Ильича» Хуциева, а также «Скверный анекдот» Александра Алова и Владимира Наумова, «История Аси Клячиной, которая любила, да не вышла замуж» Андрея Кончаловского и многие другие фильмы.