ЦАРЕВНА НЕСМЕЯНА — АВТОРСКИЙ ИЛИ ФОЛЬКЛОРНЫЙ ПЕРСОНАЖ?

Отвечает Екатерина Гудкова, филолог, автор портала «Культура.РФ»

ЦАРЕВНА НЕСМЕЯНА — АВТОРСКИЙ ИЛИ ФОЛЬКЛОРНЫЙ ПЕРСОНАЖ?

Отвечает Екатерина Гудкова, филолог, автор портала «Культура.РФ»
Смех, согласно первобытным верованиям, был одновременно и приметой, и первопричиной жизни.
Мифы, легенды и сказки о героях, которые не могут смеяться, распространены по всему миру. Мотив «несмеющейся» царевны встречается в украинском, белорусском, татарском, башкирском, литовском, чешском и итальянском фольклоре. Есть и русские народные сказки с похожим сюжетом. Самая известная из них — «Несмеяна-царевна» из сборника собирателя фольклора Александра Афанасьева. В ней царская дочь обещана в жены тому, кто сможет ее рассмешить.

Советский фольклорист Владимир Пропп писал, что жених главной героини, тот, кому удалось ее «рассмеять», — фигура не случайная. В «Несмеяне-царевне» из сборника Афанасьева это обыкновенный работник, которому помогают животные — мышь, жук и сом. В тексте подчеркивается, что именно у него хлеб зреет и скот тучнеет, в то время как у соседей гибнет урожай и болеют домашние животные. В некоторых вариациях сказки этот персонаж приводит с собой волшебных свинок — животных, которые еще во времена античности были связаны с культом плодородия. Будущий жених изначально несет в себе силу, подпитывающую всё живое, и именно это помогает ему рассмешить царевну, вернуть ее к жизни.
«Сказка о Несмеяне отражает магию смеха <…> С появлением земледелия силе смеха приписывается способность вызывать к жизни растения. <…> …Подлинная причина зарождения жизни активно переносится на растение, включается в обряд, где смех, вспашка и встреча супругов образуют одно целое. Сказка о Несмеяне обнаруживает полное развитие этой линии. С одной стороны, царевну нужно просто рассмешить, с другой — ей нужен магически сильный супруг».
Владимир Пропп. «Ритуальный смех в фольклоре (по поводу сказки о Несмеяне)»
Владимир Пропп исследовал множество сказочных сюжетов о смехе. Они уходят корнями в доземледельческое время: чтобы получить силы для охоты, древние люди проводили магический обряд, символизирующий путешествие в иной мир.

Мертвые не смеются, поэтому при прохождении такого обряда смех был под запретом. Зато возвращение в мир живых сопровождалось громким хохотом. Смех, согласно первобытным верованиям, был одновременно и приметой, и первопричиной жизни.

Позднее, когда развилось земледелие, смех стал ассоциироваться с богинями плодородия, был неотъемлемым признаком их животворящей силы. Если богиня по какой-то причине не могла смеяться, это несло угрозу всему живому. Отголоски таких представлений можно найти в скандинавском эпосе. Великанша Скади отправилась мстить богам за смерть отца. Заключить с ней мир удалось, лишь когда бог Локи смог ее рассмешить. Хотя Скади считается покровительницей охоты, предполагается, что ранее она почиталась именно как богиня плодородия.

Древнегреческая богиня плодородия Деметра создавала новую жизнь смехом. Когда властитель подземного царства мертвых Аид похитил ее дочь Кору (Персефону), Деметра перестала смеяться и тем «запретила расти и плодиться всему живому». Тогда верховный бог Зевс отправил к Аиду посланника Гермеса, который вернул Кору. Но девушка успела отведать в подземном царстве зерен граната, из-за чего осталась навсегда привязанной к Аиду. Чтобы утешить Деметру, было оговорено, что Кора будет проводить треть года с Аидом и две трети года с матерью.

Самая ранняя литературная версия сказки о «несмеющейся» принцессе была записана итальянцем Джованни Серкамби в конце XIV века. В XVI веке историю с подобным сюжетом создал другой итальянец, Джамбаттиста Базиле. В XIX веке братья Якоб и Вильгельм Гримм написали сказку «Золотой гусь», а чешская писательница Божена Немцова — произведение с подобным сюжетом «Мудрый ювелир».
Мифы, легенды и сказки о героях, которые не могут смеяться, распространены по всему миру. Мотив «несмеющейся» царевны встречается в украинском, белорусском, татарском, башкирском, литовском, чешском и итальянском фольклоре. Есть и русские народные сказки с похожим сюжетом. Самая известная из них — «Несмеяна-царевна» из сборника собирателя фольклора Александра Афанасьева. В ней царская дочь обещана в жены тому, кто сможет ее рассмешить.

Советский фольклорист Владимир Пропп писал, что жених главной героини, тот, кому удалось ее «рассмеять», — фигура не случайная. В «Несмеяне-царевне» из сборника Афанасьева это обыкновенный работник, которому помогают животные — мышь, жук и сом. В тексте подчеркивается, что именно у него хлеб зреет и скот тучнеет, в то время как у соседей гибнет урожай и болеют домашние животные. В некоторых вариациях сказки этот персонаж приводит с собой волшебных свинок — животных, которые еще во времена античности были связаны с культом плодородия. Будущий жених изначально несет в себе силу, подпитывающую всё живое, и именно это помогает ему рассмешить царевну, вернуть ее к жизни.

«Сказка о Несмеяне отражает магию смеха <…> С появлением земледелия силе смеха приписывается способность вызывать к жизни растения. <…> …Подлинная причина зарождения жизни активно переносится на растение, включается в обряд, где смех, вспашка и встреча супругов образуют одно целое. Сказка о Несмеяне обнаруживает полное развитие этой линии. С одной стороны, царевну нужно просто рассмешить, с другой — ей нужен магически сильный супруг».

Владимир Пропп. «Ритуальный смех в фольклоре (по поводу сказки о Несмеяне)»

Владимир Пропп исследовал множество сказочных сюжетов о смехе. Они уходят корнями в доземледельческое время: чтобы получить силы для охоты, древние люди проводили магический обряд, символизирующий путешествие в иной мир.

Мертвые не смеются, поэтому при прохождении такого обряда смех был под запретом. Зато возвращение в мир живых сопровождалось громким хохотом. Смех, согласно первобытным верованиям, был одновременно и приметой, и первопричиной жизни.

Позднее, когда развилось земледелие, смех стал ассоциироваться с богинями плодородия, был неотъемлемым признаком их животворящей силы. Если богиня по какой-то причине не могла смеяться, это несло угрозу всему живому. Отголоски таких представлений можно найти в скандинавском эпосе. Великанша Скади отправилась мстить богам за смерть отца. Заключить с ней мир удалось, лишь когда бог Локи смог ее рассмешить. Хотя Скади считается покровительницей охоты, предполагается, что ранее она почиталась именно как богиня плодородия.

Древнегреческая богиня плодородия Деметра создавала новую жизнь смехом. Когда властитель подземного царства мертвых Аид похитил ее дочь Кору (Персефону), Деметра перестала смеяться и тем «запретила расти и плодиться всему живому». Тогда верховный бог Зевс отправил к Аиду посланника Гермеса, который вернул Кору. Но девушка успела отведать в подземном царстве зерен граната, из-за чего осталась навсегда привязанной к Аиду. Чтобы утешить Деметру, было оговорено, что Кора будет проводить треть года с Аидом и две трети года с матерью.

Самая ранняя литературная версия сказки о «несмеющейся» принцессе была записана итальянцем Джованни Серкамби в конце XIV века. В XVI веке историю с подобным сюжетом создал другой итальянец, Джамбаттиста Базиле. В XIX веке братья Якоб и Вильгельм Гримм написали сказку «Золотой гусь», а чешская писательница Божена Немцова — произведение с подобным сюжетом «Мудрый ювелир».
Материалы по теме