СИ́КВЕЛ

СИ́КВЕЛ
Сиквел — это литературное, драматическое, кинематографическое или другое повествование, которое продолжает или расширяет историю более раннего произведения. Термин произошел от английского слова sequel, а оно образовано от латинского sequela, что означает «продолжение, приложение».
Первые «сиквелы» появились еще в Античности: древнегреческая поэма «Одиссея» и древнеримская «Энеида» были продолжениями «Илиады» Гомера. Новые истории об известных персонажах вошли в моду в начале XVIII века — тогда книжный рынок стал ориентироваться на профессиональных авторов, чье вознаграждение зависело от количества проданных копий. Чтобы получать стабильный доход, писатели стали развивать собственные истории и сочинять продолжения. Их мгновенно раскупали читатели, которые хотели узнать дальнейшую судьбу любимых героев. Например, Александр Дюма — отец рассказал о новых подвигах мушкетеров в романах «Двадцать лет спустя» и «Десять лет спустя».

Как правило, события сиквела четко следуют за событиями первого произведения, вводят новый или разрешают старый конфликт. Иногда действие происходит значительно позже и сосредоточено на новых персонажах, а старые присутствуют в сиквеле только эпизодически.

Создать сиквел может и другой автор. Так, продолжение книги «Унесенные ветром» спустя полвека после публикации оригинала писательнице Александре Рипли заказали наследники самой Маргарет Митчелл.

Известны и случаи, когда продолжение выходило без ведома автора. Так, в 1614 году в Испании издали книгу под названием «Вторая часть хитроумного идальго Дон Кихота Ламанчского», которую литературоведы называют «Дон Кихот из Авельянеды». Ее автор остался анонимным. Вскоре о публикации узнал сам Мигель де Сервантес. Писатель был в ярости. За год до этого он писал своему патрону, графу де Лемосу, что планировал сам выпустить «дальнейшие подвиги Кихота и юмор Пансы», однако никакого отношения эти планы ко «второй части» не имели. В 1615 году Сервантес опубликовал настоящую вторую часть «Дон Кихота», в которой ответил обидчику:
Для меня одного родился Дон Кихот, а я родился для него; ему суждено было действовать, мне — описывать; мы с ним составляем чрезвычайно дружную пару — назло и на зависть тому лживому тордесильясскому писаке, который отважился (а может статься, отважится и в дальнейшем) грубым своим и плохо заостренным страусовым пером описать подвиги доблестного моего рыцаря, ибо этот труд ему не по плечу и не его окоченевшего ума это дело…
Материалы по теме