Александр Сумароков

Стансъ (Могу ли я сказать возлюбленной иначе)

Могу ли я сказать возлюбленной иначе?
До смерти буду твой, не буду я ни чѣй:
Люблю дражайшая тебя я жизни паче;
Ты свѣтъ моихъ очей.Заразы мя твои прельщая не терзаютъ,
И духа моево они не возмутятъ,
Колико грудь мою всечасно ни пронзаютъ,
И стрѣлы ни летять.Изъ сѣти твоея, я видѣлъ неизбѣжность,
И не хотѣлъ отъ нихъ я болѣе бѣжать:
Надѣяся твою къ себѣ имѣлъ я нѣжность,
И сѣявъ тщился жать.Оратель веселясь свою посѣетъ ниву,
Хотя ему еще прямой надежды нѣть:
Имѣя бодрость онъ и думу нелѣниву,
Со радостію жнетъ.Съ какою радостью я жалъ ему подобно,
Дождався оть тебя мнѣ щастія чреды,
Твои любезная во время намъ способно,
Сладчайшія плоды! Во восхищеніи я былъ тогда толикомъ,
Что вымолвить того не можно никому,
Ниже Пермесскихъ Нимфъ и Аполлона кликомъ,
По чувству моему.Когда взаимный жаръ намъ души услаждаетъ,
Ни какъ того не льзя стихами изразить:
Минуты какъ Ероть дыханье побѣждаеть,
Не льзя изобразить.Колико бы о томъ піиты не вѣщали,
Превзойдетъ рѣчи ихъ утѣха всѣ сія;
Но что сь тобою мы горяще ощущали,
То знаю точно я.

Александр Сумароков
Александр Сумароков
Александр Сумароков считал, что театр должен способствовать просвещению публики и развитию национальной драматургии. Он стоял во главе первого профессионального государственного театра, где сам проводил пробы и ставил спектакли. Драматург требовал от актеров острого ума, способностей к анализу пьес и персонажей. Для него было важно, чтобы артисты не просто играли роли, но перевоплощались в своих героев и ярко, правдоподобно раскрывали их чувства зрителям.