Владимир Бенедиктов

Признание в любви чиновника заемного банка

Кредитом страсти изнывая,
Красавица! У ног твоих
Горю тобой, о кладовая
Всех мук и радостей моих! По справке видно самой верной
Что я — едва узрел твой лик —
Вмиг красоты твоей безмерной
Я стал присяжный ценовщик. Но цифры все мои ничтожны,
Все счеты рушиться должны,
По всем статьям итоги ложны,
Я вижу: нет тебе цены! Сам контролер — моих страданий,
Конечно б, всех не сосчитал!
Моих и мыслей и желаний,
В тебя я внес весь капитал. Я внес — и не брал документов
На сей внесенный мною вклад.
И ждал, чтоб мне в замен процентов
Тобой был кинут нежный взгляд. Бог дал мне домик. Чуждый миру
Сей домик — сердце; я им жил:
Я этот дом, любви квартиру,
В тебе, как в банке, заложил. Чертог не каменный, конечно!
(Таких и нету у меня) —
Он пред тобой стоял беспечно.
Незастрахован от огня. И обгорел, но я представил
Тебе и пепел — все, что мог;
Молю: помимо строгих правил
Прими убогий сей залог! Прими — и действуй без прижимки:
Арест, коль хочешь, налагай,
Лишь бедный дом за недоимки
В публичный торг не назначай! Да и к чему? Никто не купит,
Ты за собой его упрочь,
Все льготы дай! Чуть срок наступит —
Отсрочь, рассрочь и пересрочь! Одно своим я звал именье,
И было в нем немного душ:
Одна душа в моем владеньи
Была и в ней все дичь и глушь. Теперь и душу я, и тело
Сдаю, кладу к твоим стопам.
Ты видишь: чистое тут дело;
А вот и опись всем статьям. Моя вся пашня — лист бумаги,
Мой плуг — перо; пишу — пашу;
Кропя дождем чернильной влаги,
Я пашню ту песком сушу… На роковом Смоленском поле
Моя землица, но и тут
Имею я сажень — не боле,
И ту мне после отведут Я весь, как ведомость простая,
Перед тобой развит теперь.
С натурой описи сличая,
Обревизуй и все проверь. Тебе служить хочу и буду
Я всем балансом сил моих,
Лишь выдай мне с рукою в ссуду
Всю сумму прелестей твоих! Мы кассу общую устроим,
Кассиром главным будешь ты,
И мы вдвоем с тобой удвоим
Свои надежды и мечты. Хоть будет не до хваток гибель
Кой в чем; за то в любви у нас
Чрез год иль менее — уж прибыль,
Клянусь, окажется как раз. И так из года в год умножим
Мы эти прибыли с тобой,
И вместе мы себя заложимо
В наш банк последний — гробовой!