Николай Луганский, Российский национальный оркестр, Александр Ведерников
Каталог концертов

Николай Луганский, Российский национальный оркестр, Александр Ведерников

Год выхода:
2017
Страна производитель:
Россия
Длительность:
90 мин.

Николай Луганский

Николай Луганский – один из самых ярких пианистов своего поколения. Лауреат ряда международных конкурсов, он – музыкант международного
класса, представляющий российское искусство во всем мире.

Родился в 1972 году в Москве. Учился в ЦМШ у Татьяны Кестнер и в Московской консерватории у профессоров Татьяны Николаевой и Сергея Доренского, у которого также обучался в аспирантуре. С 1998 года преподает в Московской консерватории, профессор кафедры специального фортепиано под руководством профессора Сергея Доренского. Лауреат VIII Международного конкурса имени И. С. Баха в Лейпциге (II премия, 1988), Всесоюзного конкурса имени Рахманинова в Москве (II премия, 1990), Международной летней академии университета Моцартеум (Зальцбург, 1992), Х Международного конкурса имени Чайковского (II премия, 1994; I премия не присуждена). Народный артист России (2013), почетный член Российской академии художеств.

Выступает на лучших сценах Амстердама, Лондона, Парижа, Вены, Милана, Мюнхена, Мадрида, Лос-Анджелеса, Нью-Йорка, Токио и других музыкальных столиц мира. Участник фестивалей в Рок д’Антероне, Кольмаре, Монпелье и Нанте (Франция), в Руре и Шлезвиг-Гольштейне (Германия), в Вербье и Гштаде (Швейцария), в Зальцбурге и Графенегге (Австрия). Среди его партнеров по камерному ансамблю – Вадим Руденко, Вадим Репин, Леонидас Кавакос, Изабель Фауст, Алена Баева, Александр Рудин, Александр Князев, Миша Майский, Готье Капюсон, Анна Нетребко.

Сотрудничает с лучшими оркестрами мира; выступал более чем с 240 дирижерами, в числе которых Евгений Светланов, Геннадий Рождественский, Валерий Гергиев, Юрий Темирканов, Владимир Федосеев, Михаил Плетнёв, Владимир Спиваков, Александр Лазарев, Николай Алексеев, Лев Маркиз, Василий Синайский, Саулюс Сондецкис, Александр Дмитриев, Франс Брюгген, Курт Мазур, Риккардо Шайи, Кент Нагано, Владимир Ашкенази, Пааво Берглунд, Неэме Ярви, сэр Чарлз Макеррас, Шарль Дютуа, Леонард Слаткин, Андрис Нелсонс, Владимир Юровский, Сакари Орамо, Марк Минковский, Джанандреа Нозеда, Андрей Борейко, Осмо Вянскя, Эса-Пекка Салонен. Концерты Луганского проходят в Москве и Санкт-Петербурге, Саратове и Казани, Владимире и Тамбове, Томске и Новосибирске, в Музее-усадьбе Рахманинова в Ивановке. На его гастрольной карте – Бельгия, Великобритания, Ирландия, Венгрия, Румыния, Испания, Италия, Германия, Франция, Япония, США, Сингапур, Южная Корея.

Луганский дает около ста концертов в год. В его репертуаре – более 50 фортепианных концертов, произведения разных стилей и эпох. Записи музыканта, вышедшие в России, Японии, Голландии и Франции, получили высокие оценки в прессе и множество призов. Среди них Международная премия имени Теренса Джадда, «Золотой камертон года» (трижды), ECHO Klassik (трижды), Choc du Monde de la Music, Preis der Deutschen Schallplattenkritik, BBC Music Magazine Award (за запись сонат для скрипки и фортепиано Франка, Грига и Яначека с Вадимом Репиным). В июне 2015 года запись концертов Шопена с оркестром Sinfonia Varsovia под управлением Александра Ведерникова была удостоена Гран-при на VIII Международном конкурсе записей музыки Шопена. Превосходную оценку мировой критики получили также недавние сольные альбомы Луганского с записями сочинений Шуберта и Чайковского.


Александр Ведерников

Александр Ведерников родился 11 января 1964 года в Москве, в семье выдающегося певца, солиста Большого театра Александра Ведерникова и органистки, профессора Московской консерватории Натальи Гуреевой. Несомненно, решающую роль в его жизни и карьере сыграли как семейные традиции, так и великие традиции русского музыкального искусства.<>

В 1988 году Александр Ведерников окончил Московскую консерваторию (класс оперно-симфонического дирижирования профессора Леонида Николаева), в 1990-м — аспирантуру. В 1988–1990 гг. работал в Московском академическом музыкальном театре имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко. В 1988–1995 гг. — ассистент главного дирижера и второй дирижер Большого симфонического оркестра Гостелерадио СССР (с 1993 года — БСО им. П. И. Чайковского). В 1995 году он стоял у истоков оркестра «Русская филармония» и до 2004 года был его главным дирижером и художественным руководителем.

С 2001 по 2009 гг. Александр Ведерников занимал пост главного дирижера – музыкального руководителя Большого театра России и внес немалую лепту в достижения театра этих лет. Он был дирижером-постановщиком спектаклей «Адриенна Лекуврер» Чилеа, «Летучий голландец» Вагнера, «Фальстаф» Верди, «Турандот» Пуччини, «Руслан и Людмила» Глинки в оригинальной редакции, «Борис Годунов» в авторской редакции и
«Хованщина» Мусоргского,  «Евгений Онегин» Чайковского,  «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии» Римского-Корсакова (совместно с Оперным театром г. Кальяри, Италия), «Война и мир», «Огненный ангел» и «Золушка» Прокофьева, «Дети Розенталя» Десятникова. А. Ведерников постоянно дирижировал концертами симфонического оркестра Большого театра.

Дирижер стоял за пультом лучших оркестров России, в т. ч. Государственного академического симфонического оркестра и Академического симфонического оркестра Санкт-Петербургской филармонии. Несколько лет (начиная с 2003) входил в дирижерскую коллегию Российского национального оркестра.

В качестве приглашенного маэстро Александр Ведерников постоянно выступает с ведущими мировыми оркестрами. В их числе – оркестры BBC, Радио Франс, Джузеппе Верди в Милане, NHK (Япония), Итальянской Швейцарии (выступления с Мартой Аргерих в ее проекте в Лугано), Нидерландской филармонии и Нидерландского радио, Чешской филармонии, Баварского радио, Бирмингемский симфонический, Лондонский филармонический, Гетеборгский симфонический, Борнемутский симфонический, Датский национальный симфонический, оркестр де Пари, филармонические оркестры Сиднея, Токио и Китая, Дрезденская Государственная капелла, Монреальский симфонический, Национальный симфонический оркестр США в Вашингтоне и многие другие.

Недавно А. Ведерников выступил с Симфоническим оркестром Би-Би-Си на летнем фестивале St. Magnus в  Шотландии. В одной из программ был исполнен 2-й концерт Рахманинова (солист — Алексей Володин). В этим же оркестром в августе 2016 дирижер выступит на фестивале BBS Proms в Лондонском Альберт-холле.

С сентября 2009 года Александр Ведерников является главным дирижером Симфонического оркестра г. Оденсе (Дания). За время руководства коллективом дирижер вывел его на новый уровень мастерства. В настоящее время музыкант работает над трехгодичным проектом по исполнению оперной тетралогии Вагнера «Кольцо нибелунга». В сезоне 2016-17 прозвучат оперы «Зигфрид» и «Гибель богов». 

В качестве оперного дирижера Ведерников — частый гость в Берлинской комической опере, театрах Италии (миланский Ла Скала, Ля Фениче в Венеции, Театро Коммунале в Болонье, Театро Реджио в Турине, Римская опера), лондонском Ковент-Гарден, Парижской национальной опере и опере Бастий. Он дирижировал оперными спектаклями в нью-йоркской Метрополитен-опера, Финской и Датской национальных операх,  театрах Цюриха, Франкфурта, Стокгольма.

Александр Ведерников — признанный мастер исполнения русской музыки. Широко известны его глубокие интерпретации оперных и симфонических  шедевров Глинки, Мусоргского, Чайковского, Танеева, Рахманинова, Прокофьева, Шостаковича. Дирижер постоянно включает в программы своих выступлений сочинения Свиридова, Вайнберга, Бориса Чайковского.

Записи Ведерникова выпущены звукозаписывающими компаниями EMI, Russian Disk, Agora, ARTS, Triton, Polygram/Universal. В 2003 г. он заключил контракт с голландской фирмой PentaTone Classics, специализирующейся на производстве дисков в формате SuperAudio CD (записаны «Руслан и Людмила» Глинки, «Щелкунчик» Чайковского, фрагменты из опер и сюиты из балетов русских композиторов). В 2007 году записал для лейбла EMI Первый фортепианный концерт Шостаковича (солистка Марта Аргерих).

В 2007 году Александру Ведерникову было присвоено почетное звание «Заслуженный деятель искусств Российской Федерации».


Российский национальный оркестр

Российский национальный оркестр (РНО) был основан в 1990 году народным артистом России Михаилом Плетнёвым. За свою историю коллектив обрел международную известность и безусловное признание публики и критиков. Подводя итоги 2008 года, самый авторитетный в Европе журнал о музыке Gramophone включил РНО в двадцатку лучших оркестров мира. Оркестр сотрудничал с ведущими исполнителями, такими как Монтсеррат Кабалье, Лучано Паваротти, Пласидо Доминго, Хосе Каррерас, Гидон Кремер, Ицхак Перлман, Пинхас Цукерман, Вадим Репин, Евгений Кисин, Дмитрий Хворостовский, Максим Венгеров, Белла Давидович, Джошуа Белл и многими другими. С РНО выступали лучшие дирижёры современности: Семен Бычков, Инго Метцмахер, Владимир Юровский, Пааво Ярви, Шарль Дютуа, Клаус Петер Флор, Кристоф Эшенбах, Альберто Дзедда. Свой последний концерт в Москве Евгений Светланов дал именно с РНО. «Декабрьский Брамс в исполнении Светланова и Российского национального оркестра звучал как завещание», – писал обозреватель газеты «Коммерсант». Один из выдающихся дирижёров наших дней маэстро Кент Нагано так отзывается об оркестре, с которым ему неоднократно доводилось работать: «У РНО вы чувствуете ярко выраженный характер, своей игрой оркестр напоминает вам о том, что русская культура – одна из самых великих в мире. Да, они играют блестяще, да, они высокие профессионалы, да, в оркестре много отличных солистов, но за этим есть и нечто большее: традиция великой культуры, которая слышна в их игре». <>

О весомом вкладе РНО и Михаила Плетнёва в современную российскую культуру свидетельствует тот факт, что оркестр первым среди негосударственных коллективов получил грант Правительства РФ, а в 2009 году обрёл государственный статус. 

Оркестр регулярно выступает в лучших залах страны под управлением художественного руководителя Михаила Плетнёва и с приглашёнными дирижёрами. Ежегодно с 2009 года в Москве проходит Большой фестиваль РНО, участие в котором принимают ведущие исполнители современности. За прошедшие годы Большой фестиваль снискал признание и любовь слушателей, завоевав статус события, традиционно открывающего концертный сезон в столице. 

РНО является участником знаковых культурных акций. В сентябре 2007 года оркестр дал Мемориальный концерт в Беслане памяти жертв теракта и стал первым коллективом, выступившем там после трагедии по приглашению руководства республики. Весной 2009 года в рамках европейского турне РНО сыграл благотворительный концерт в Белграде, приуроченный к десятой годовщине начала военной операции натовских войск в Югославии. Подводя итоги года, авторитетный сербский журнал NIN опубликовал рейтинг лучших музыкальных событий, в котором концерт РНО занял вторую строчку – как «один из самых незабываемых концертов, прозвучавших в Белграде за последние несколько сезонов». Весной 2010 года оркестр стал главным участником уникального международного проекта «Три Рима». Инициаторами этой крупнейшей культурно-просветительской акции выступили Русская Православная и Римско-Католическая Церкви. Акция охватила три важнейших для христианской культуры географических центра – Москву, Стамбул (Константинополь) и Рим. Центральным событием проекта стал концерт русской музыки, состоявшийся в знаменитом зале папских аудиенций имени Павла VI в Ватикане, вмещающем пять тысяч человек, в присутствии Папы Римского Бенедикта XVI. 

Последние сезоны были отмечены серией крупных международных проектов с участием оркестра, прошедших как в России, так и за её пределами. В феврале 2014 года концертом РНО под управлением Михаила Плетнёва в Милане официально открылась российская часть перекрестного Года туризма Италии и России. Через два месяца РНО и Московский Синодальный хор выступили в Искупительном храме Святого Семейства (La Sagrada Familia) в Барселоне, где исполнили «Страсти по Матфею» Митрополита Илариона. В июне 2014 года РНО во главе со своим художественным руководителем и главным дирижёром Михаилом Плетнёвым провёл фестиваль музыки Сергея Рахманинова в музее-усадьбе композитора в деревне Ивановка Тамбовской области. В декабре того же года оркестр стал главным участником масштабного гала-концерта, посвящённого празднованию 200-летия установления дипломатических отношений между Россией и Швейцарией. 23 апреля 2015 года РНО принял участие в грандиозном концерте-реквиеме, приуроченном к 100-летней годовщине геноцида армян (прозвучал Реквием Вячеслава Артёмова с участием большого сводного хора). В сентябре-октябре 2016 года в Ивановке прошел второй фестиваль музыки Сергея Рахманинова. В апреле 2017 года состоялись триумфальные гастроли оркестра в Колумбии в рамках III Международного фестиваля классической музыки в Боготе, программа которого была полностью посвящена русской романтической музыке. «Апогеем “Русской романтики” стали выступления Российского национального оркестра под руководством Михаила Плетнёва» («Российская газета»). 

Совместно со всемирно известной фирмой Deutsche Grammophon, а также с другими звукозаписывающими компаниями, РНО осуществляет успешную программу звукозаписи, в рамках которой выпущено уже более восьмидесяти альбомов. Многие работы получили международные награды. В 2004 году РНО стал первым оркестром в истории российских симфонических коллективов, завоевавшим самую престижную музыкальную премию – «Грэмми». Записи оркестра большими тиражами расходятся по всему миру, а также постоянно становятся лидерами экспертных рейтингов. Так, запись вокально-симфонической поэмы «Колокола» Рахманинова была признана авторитетным британским музыкальным изданием Classic FM Magazine «одним из самых прекрасных исполнений, которые когда-либо были представлены в записи». А запись музыки к балету «Спящая красавица», осуществленная Российским национальным оркестром под управлением Михаила Плетнёва, по версии Би-би-си является четвёртой в рейтинге самых слушаемых записей классической музыки за последние семьдесят пять лет. Запись Симфонии № 7 Шостаковича под управлением Пааво Ярви, выпущенная в 2015 году, завоевала престижные международные награды, в том числе ежегодную премию Diapason d'Or, а также была номинирована на премию «Грэмми-2016» в категории «Лучший альбом с объёмным звучанием». 

По мнению многих зарубежных музыкальных критиков на сегодняшний день РНО является лучшим симфоническим коллективом нашей страны: «Больший блеск и рафинированность Российского национального оркестра позволили ему занять место главного симфонического коллектива России» (Chicago Classical Review, 2011).


Сергей Рахманинов

Сергей Васильевич Рахманинов (1 апреля (20 марта) 1873 — 28 марта 1943) — русский композитор, пианист и дирижер.

Синтезировал в своем творчестве принципы петербургской и московской композиторских школ (а также традиции западноевропейской музыки) и создал свой оригинальный стиль, оказавший впоследствии влияние как на русскую, так и на мировую музыку XX века.

Сергей Васильевич Рахманинов родился 1 апреля 1873 года в дворянской семье. Долгое время местом рождения считалось имение его родителей Онег, недалеко от Новгорода; исследования последних лет называют усадьбу Семеново Старорусского уезда Новгородской губернии (Россия).

Отец композитора, Василий Аркадьевич (1841―1916), происходил из дворян Тамбовской губернии. История рода Рахманинова уходит корнями к внуку молдавского царя Стефана Великого Василию, прозванного Рахманиным. Мать, Любовь Петровна (урожденная Бутакова) ― дочь директора Кадетского корпуса генерала П. И. Бутакова. Дед композитора по отцовской линии, Аркадий Александрович, был музыкантом, учился игре на фортепиано у Дж. Филда и выступал с концертами в Тамбове, Москве и Петербурге. Сохранились романсы и фортепианные пьесы его сочинения, в том числе «Прощальный галоп 1869-му году» для фортепиано в четыре руки. Василий Рахманинов тоже был музыкально одаренным, но музицировал исключительно любительски.

Интерес С. В. Рахманинова к музыке обнаружился в раннем детстве. Первые уроки игры на фортепиано дала ему мать, затем была приглашена учительница музыки А. Д. Орнатская. При ее поддержке осенью 1882 года Рахманинов поступил на младшее отделение Санкт-Петербургской консерватории в класс В. В. Демьянского [4]. Обучение в Петербургской консерватории шло плохо, так как Рахманинов часто прогуливал занятия, поэтому на семейном совете мальчика было решено перевести в Москву и осенью 1885 года он был принят на третий курс младшего отделения Московской консерватории к профессору Н. С. Звереву.

Несколько лет провел Рахманинов в известном московском частном пансионе музыкального педагога Николая Зверева, воспитанником которого был также Александр Николаевич Скрябин и многие другие выдающиеся русские музыканты (Александр Ильич Зилоти, Константин Николаевич Игумнов, Арсений Николаевич Корещенко, Матвей Леонтьевич Пресман и др). Здесь в возрасте 13 лет Рахманинов был представлен Петру Ильичу Чайковскому, который позже принял большое участие в судьбе молодого музыканта.

В 1888 году Рахманинов продолжил обучение на старшем отделении Московской консерватории в классе двоюродного брата А. И. Зилоти, а спустя год под руководством С. И. Танеева и А. С. Аренского начал заниматься композицией.

В возрасте 19 лет Рахманинов окончил консерваторию как пианист (у А. И. Зилоти) и как композитор с большой золотой медалью. К тому времени появилась его первая опера — «Алеко» (дипломная работа) по произведению А. С. Пушкина «Цыганы», первый фортепианный концерт, ряд романсов, пьесы для фортепиано, в том числе, прелюдия до-диез минор, которая позднее стала одним из наиболее известных произведений Рахманинова.

В возрасте 20 лет, из-за нехватки денег, он стал преподавателем в московском Мариинском женском училище, в 24 года — дирижером Московской русской частной оперы Саввы Мамонтова, где работал в течение одного сезона, однако успел сделать значительный вклад в развитие русской оперы.

Рахманинов рано приобрел известность как композитор, пианист и дирижер. Однако его успешная карьера была прервана 15 марта 1897 года неудачной премьерой Первой симфонии (дирижер — А. К. Глазунов), которая окончилась полным провалом как из-за некачественного исполнения, так и — главным образом — из-за новаторской сущности музыки. По мнению А. В. Оссовского, определенную роль сыграла неопытность Глазунова как руководителя оркестра во время репетиций[5]. Это событие послужило причиной серьезной нервной болезни. В течение 1897—1901 годов Рахманинов не мог сочинять, и лишь помощь опытного психиатра, доктора Николая Даля, помогла ему выйти из кризиса.

В 1901 году закончил свой Второй фортепианный концерт, создание которого ознаменовало выход Рахманинова из кризиса и одновременно — вступление в следующий, зрелый период творчества. Вскоре он принял приглашение занять место дирижера в московском Большом театре. После двух сезонов отправился в путешествие по Италии (1906 г.), затем на три года поселился в Дрездене, чтобы полностью посвятить себя композиции. В 1909 году Рахманинов совершил большое концертное турне по Америке и Канаде, выступая как пианист и дирижер. В 1911 году С. В. Рахманинов, находясь в Киеве, по просьбе своего друга и коллеги А. В. Оссовского прослушал молодую певицу Ксению Держинскую, вполне оценив ее талант; он сыграл большую роль в становлении оперной карьеры знаменитой певицы.

Вскоре после революции 1917 года воспользовался неожиданно пришедшим из Швеции предложением выступить в концерте в Стокгольме и в конце 1917 года вместе с женой Натальей Александровной и дочерьми покинул Россию. В середине января 1918 года Рахманинов отправился через Мальме в Копенгаген. 15 февраля он впервые выступил в Копенгагене, где сыграл свой Второй концерт с дирижером Хеэбергом[6]. До конца сезона он выступил в одиннадцати симфонических и камерных концертах, что дало ему возможность расплатиться с долгами.

1 ноября 1918 года, вместе с семьей, отплыл из Норвегии в Нью-Йорк. Вплоть до 1926 года не писал значительных произведений; творческий кризис, таким образом, продолжался около 10 лет. Лишь в 1926—1927 гг. появляются новые произведения: Четвертый концерт и Три русские песни. В течение жизни за рубежом (1918—1943 гг.) Рахманинов создал всего 6 произведений, которые принадлежат к вершинам русской и мировой музыки.

Местом постоянного жительства избрал США, много гастролировал в Америке и в Европе и вскоре был признан одним из величайших пианистов своей эпохи и крупнейшим дирижером. В 1941 году закончил свое последнее произведение, многими признанное как величайшее его создание, — Симфонические танцы. В годы Великой Отечественной войны Рахманинов дал в США несколько концертов, весь денежный сбор от которых направил в фонд Красной армии. Денежный сбор от одного из своих концертов передал в Фонд обороны СССР со словами: «От одного из русских посильная помощь русскому народу в его борьбе с врагом. Хочу верить, верю в полную победу».

Последние годы Рахманинова были омрачены смертельной болезнью (рак легких). Однако несмотря на это, он продолжал концертную деятельность, прекращенную лишь незадолго до смерти.

Рахманинов умер 28 марта 1943 года в Беверли-Хиллз, штат Калифорния США.

Творческий облик Рахманинова-композитора часто определяют словами «самый русский композитор». В этой краткой и неполной характеристике выражены как объективные качества стиля Рахманинова, так и место его наследия в исторической перспективе мировой музыки. Именно творчество Рахманинова выступило тем синтезирующим знаменателем, который объединил и сплавил творческие принципы московской (П.Чайковский) и Петербургской школ в единый и цельный русский стиль. Тема «Россия и ее судьба», генеральная для русского искусства всех видов и жанров, нашла в творчестве Рахманинова исключительно характерное и законченное воплощение. Рахманинов в этом отношении явился как продолжателем традиции опер Мусоргского, Римского-Корсакова, симфоний Чайковского, так и связующим звеном в непрерывной цепи национальной традиции (эта тема была продолжена в творчестве С. Прокофьева, Д. Шостаковича, Г. Свиридова, А. Шнитке и др.). Особая роль Рахманинова в развитии национальной традиции объясняется историческим положением творчества Рахманинова — современника русской революции: именно революция, отраженная в русском искусстве как «катастрофа», «конец света», всегда была смысловой доминантой темы «Россия и ее судьба» (см. Н. Бердяев, «Истоки и смысл русского коммунизма»).

Творчество Рахманинова хронологически относится к тому периоду русского искусства, который принято называть «серебряным веком». Основным творческим методом искусства этого периода был символизм, черты которого ярко проявились и в творчестве Рахманинова. Произведения Рахманинова насыщены сложной символикой, выражаемой с помощью мотивов-символов, главным из которых является мотив средневекового хорала Dies Irae. Этот мотив символизирует у Рахманинова предчувствие катастрофы, «конца света», «возмездия».

В творчестве Рахманинова очень важны христианские мотивы: будучи глубоко верующим человеком, Рахманинов не только сделал выдающийся вклад в развитие русской духовной музыки (Литургия св. Иоанна Златоуста, 1910, Всенощное бдение, 1916), но и в прочих своих произведениях воплотил христианские идеи и символику.

Творчество Рахманинова принято условно делить на три или четыре периода: ранний (1889—1897), зрелый (его иногда делят на два периода: 1900—1909 и 1910—1917) и поздний (1918—1941).

Стиль Рахманинова, выросший из позднего романтизма, впоследствии претерпел значительную эволюцию. Подобно своим современникам А. Скрябину и И. Стравинскому Рахманинов по крайней мере дважды (ок. 1900 и ок. 1926) кардинально обновлял стиль своей музыки. Зрелый и особенно поздний стиль Рахманинова выходит далеко за пределы постромантической традиции («преодоление» которой началось еще в ранний период) и в то же время не принадлежит ни одному из стилистических течений музыкального авангарда XX в. Творчество Рахманинова, таким образом, стоит особняком в эволюции мировой музыки XX века: впитав многие достижения импрессионизма и авангарда, стиль Рахманинова остался неповторимо индивидуальным и своеобразным, не имеющим аналогов в мировом искусстве (исключая подражателей и эпигонов). В современном музыковедении часто используется параллель с Л. ван Бетховеном: так же, как и Рахманинов, Бетховен вышел в своем творчестве далеко за пределы воспитавшего его стиля (в данном случае — венского классицизма), не примкнув при этом к романтикам и оставшись чуждым романтическому миросозерцанию.

Первый — ранний период — начинался под знаком позднего романтизма, усвоенного главным образом через стиль Чайковского (Первый Концерт, ранние пьесы). Однако уже в Трио ре-минор (1893), написанном в год смерти Чайковского и посвященном его памяти, Рахманинов дает пример смелого творческого синтеза традиций романтизма (Чайковский), «кучкистов», древнерусской церковной традиции и современной бытовой и цыганской музыки. Это произведение — один из первых в мировой музыке примеров полистилистики — словно символически возвещает преемственность традиции от Чайковского — Рахманинову и вступление русской музыки в новый этап развития. В Первой Симфонии принципы стилистического синтеза были развиты еще более смело, что и послужило одной из причин ее провала на премьере.

Период зрелости отмечен формированием индивидуального, зрелого стиля, основанного на интонационном багаже знаменного распева, русской песенности и стиля позднего европейского романтизма. Эти черты ярко выражены в знаменитых Втором Концерте и Второй Симфонии, в фортепианных прелюдиях ор. 23. Однако начиная с симфонической поэмы «Остров мертвых» стиль Рахманинова усложняется, что вызвано, с одной стороны, обращением к тематике символизма и модерна, а с другой — претворением достижений современной музыки: импрессионизма, неоклассицизма, новых оркестровых, фактурных, гармонических приемов. Центральное произведение этого периода — грандиозная поэма «Колокола» для хора, солистов и оркестра, на слова Эдгара По в переводе К. Бальмонта (1913). Ярко новаторское, насыщенное небывало новыми хоровыми и оркестровыми приемами, это произведение оказало огромное влияние на хоровую и симфоническую музыку XX века. Тематика этого произведения характерна для искусства символизма, для данного этапа русского искусства и творчества Рахманинова: в нем символически воплощены различные периоды человеческой жизни, подводящей к неизбежной смерти; апокалипсическая символика Колоколов, несущая идею Конца Света, предположительно оказала влияние на «музыкальные» страницы романа Т. Манна «Доктор Фаустус».

Поздний — зарубежный период творчества — отмечен исключительным своеобразием. Стиль Рахманинова складывается из цельного сплава самых различных, порой противоположных стилистических элементов: традиций русской музыки — и джаза, древнерусского знаменного распева — и «ресторанной» эстрады 1930-х гг., виртуозного стиля XIX века — и жесткой токкатности авангарда. В самой разнородности стилистических предпосылок заключен философский смысл — абсурдность, жестокость бытия в современном мире, утрата духовных ценностей. Произведения этого периода отличаются загадочной символикой, смысловой полифонией, глубоким философским подтекстом.

Последнее произведение Рахманинова — Симфонические танцы (1941), ярко воплощающее все эти особенности, многие сравнивают с романом М. Булгакова «Мастер и Маргарита», законченным в это же время.

Значение композиторского творчества Рахманинова огромно: Рахманинов синтезировал различные тенденции русского искусства, различные тематические и стилистические направления, и объединил их под одним знаменателем — Русским национальным стилем. Рахманинов обогатил русскую музыку достижениями искусства XX века и был одним из тех, кто вывел национальную традицию на новый этап. Рахманинов обогатил интонационный фонд русской и мировой музыки интонационным багажом древнерусского знаменного распева. Рахманинов впервые (наряду со Скрябиным) вывел русскую фортепианную музыку на мировой уровень, стал одним из первых русских композиторов, чьи фортепианные произведения входят в репертуар всех пианистов мира. Рахманинов одним из первых осуществил синтез классической традиции и джаза.

Значение исполнительского творчества Рахманинова не менее велико: Рахманинов-пианист стал эталоном для многих поколений пианистов разных стран и школ, он утвердил мировой приоритет русской фортепианной школы, отличительными чертами которой являются: 1) глубокая содержательность исполнения; 2) внимание к интонационному богатству музыки; 3) «пение на фортепиано» — имитация средствами фортепиано вокального звучания и вокальной интонации. Рахманинов-пианист оставил эталонные записи многих произведений мировой музыки, на которых учатся многие поколения музыкантов.


Морис Равель

Жозеф Морис Равель (7 марта 1875 — 28 декабря 1937) — французский композитор-импрессионист, дирижер, один из реформаторов музыки XX века.

Морис Равель родился 7 марта 1875 года в городе Сибур на юге Франции (ныне департамент Атлантические Пиренеи). В 1882 году начал заниматься фортепиано у Анри Гиза, с 1887 года занимался гармонией у Шарля Рене. Город Сибур находился на самой границе с Испанией, где в это время служил его отец инженер-путеец, страстный любитель музыки, прививший эту любовь своему сыну. <>В 1889 году Равель поступил в Парижскую консерваторию, которую закончил по классу фортепиано. Молодому музыканту очень много помогал его учитель Шарль де Берио, известный пианист того времени. Однако интерес к импровизации, созданию композиции появился у Равеля после знакомства с творчеством «подпольного» родоначальника музыкального импрессионизма и просто экстравагантного композитора Эрика Сати, а также личной встречи с другим композитором и пианистом Рикардо Виньесом. Именно после этого у Мориса появилась страсть к сочинительству. Спустя двадцать и тридцать лет, несмотря на сложные личные отношения, Равель неоднократно подчеркивал, сколь многим в своем творчестве он обязан Сати и называл его не иначе, как своим «Предтечей» (или Прекурсором).

На последнем году обучения он попал в класс к крупному французскому композитору Габриэлю Форе. По его инициативе Равель сочинил цикл произведений на испанские мелодии — «Хабанеру», «Павана на смерть инфанты», «Античный менуэт». После окончания консерватории за период 1900-1914 гг он пишет множество сочинений.

Когда слушаешь музыку этого композитора, то создается впечатление, будто наблюдаешь за работой художника создающего свое полотно. Однако, как и у большинства новаторов, творчество Мориса Равеля некоторое время не было признано в профессиональных академических кругах. Так, Морис Равель целых три раза подряд участвовал в конкурсе на получение Римской Премии: в 1901, 1902 и 1903 году. Первый раз он проиграл состязание Андре Капле (получив так называемую «Малую римскую премию»), второй раз — ученику профессора Шарля Леневе со знаменитым композиторским именем Эме Кунцу, и наконец, в третий раз его затмевает великий композитор по имени Рауль Лапарра, также ученик Леневе… В 1904 году Равель уже сознательно воздерживается от участия в конкурсе, чтобы собраться с силами для последней попытки. Это был последний возможный для него год, поскольку в дальнейшем он уже не мог претендовать на соискание премии ввиду того, что приближался к установленному для участников конкурса предельному возрасту — тридцати годам. Наконец, в 1905 году Морис Равель, уже широко исполняемый и известный в Париже музыкант-новатор (по совету симпатизировавшего ему Габриэля Форе) в последний раз просит допустить его к участию в конкурсе.

И вот, в результате этого, четвертого и последнего выдвижения разразилось так называемое «скандальное дело Равеля», немало укрепившее славу молодого музыканта и одновременно, покрывшее исторической позолотой французских академиков от музыки… В ответ на свою заявку Морис Равель получает уклончивый официальный отказ в допущении к конкурсу с формальной ссылкой на возрастные ограничения (которые к тому моменту еще не наступили). Таким образом, Морис Равель не смог поставить свой возрастной рекорд получения Римской Премии (и стать «самым старым» лауреатом, в противовес члену жюри и самому молодому лауреату Эмилю Паладилю). Равель не стал самым старшим (или старым) лауреатом Римской Премии. Однако истинная причина недопущения его к конкурсу лежала, разумеется, не в возрасте, а в раздражении членов жюри его «разрушительной, антимузыкальной» деятельностью, вернее говоря, импрессионистской эстетикой его ярких произведений, к тому времени уже пользовавшихся известностью (к примеру, уже много раз была исполнена его знаменитая «Игра воды»).[1] Комментируя решение жюри, маститый академик Эмиль Паладиль ворчал: «Мсье Равель волен считать нас бездарными рутинерами, но пусть не думает, что нас можно принимать за дураков…» Это решение Музыкального совета Академии искусств, в состав которого входили композиторы Ксавье Леру, Жюль Массне, Эмиль Паладиль, Эрнест Рейер, Шарль Леневе и директор консерватории Теодор Дюбуа, вызвало целую бурю негодования и протестов как среди музыкантов, так и около-музыкальной печати. Скандал приобрел особенно острый, «антикоррупционный» характер, когда кроме всего прочего выяснилось, что абсолютно все кандидаты на Большую Римскую Премию, допущенные к конкурсу 1905 года — являлись учениками одного и того же профессора — Шарля Леневе.

«Беспрецедентный цинизм жюри!», «Позорное решение пристрастных судей!» — примерно под такими заголовками большинство парижских газет напечатало возмущенные отклики композиторов, писателей, художников и просто любителей музыки. Сам Равель, впрочем, воспринял решение академиков внешне спокойно и почти не высказывался по этому поводу. Но известный музыкальный критик Жан Марнольд, все симпатии которого находились в сфере постепенно набирающего силу импрессионизма, выступил с разгромной статьей, кончавшейся следующей гневной тирадой:

Набор трех фамилий, названных Жаном Марнольдом по существу не был случайным, но представлял собой собрание трех символов: «Академия, Консерватория и Профессура» — вечно противостоящих всему новому и живому в искусстве. Скандал получил настолько широкий общественный резонанс, что содействовал не только резкому повышению авторитета и популярности самого Мориса Равеля, но и некоторому обновлению музыкальной жизни Парижа. В результате — многолетний директор консерватории, консерватор и ретроград Теодор Дюбуа был вынужден уйти со своего поста. На его место был назначен Габриэль Форе. Этим было положено начало нового времени в парижской консерватории, несколько освежившей затхлую атмосферу этого учреждения и одновременно встряхнувшей музыкальную жизнь Парижа.

Весной 1905 года, после «скандального дела Равеля» в жизни композитора прошла строгая черта. Равель окончательно порвал с консерваторией и академическими кругами. Не допущенный к конкурсу, он, тем не менее, вышел победителем в глазах всего музыкального и интеллектуального общества. К нему приковано всеобщее внимание, его известность возрастает буквально с каждым днем, его сочинения издаются нарасхват, исполняются в концертах, о нем говорят и спорят. Впервые Равель становится вторым лидером музыкального импрессионизма и выходит на одну высоту с Клодом Дебюсси, композитором, которого он прежде всегда уважал.

В первый же месяц войны с Германией Морис Равель попал в число мобилизуемых в действующую армию. Однако, несмотря на хорошее состояние здоровья, медицинская комиссия не приняла его ни в один род войск. Причиной тому был слишком маленький рост Равеля, не подходивший ни под один из армейских стандартов, и, как следствие, явно недостаточный для солдата вес тела. В течение трех месяцев Равель, используя все свои связи, упорно добивался, чтобы его все же приняли в действующую армию. В конце концов, в октябре 1914 года он добился своего и был принят добровольцем в автомобильный дивизион, где и прослужил шофером грузовика чуть более трех лет, сначала при инфантерии, а потом при авиационном полку. В начале 1918 года, совершенно подорвав на службе свое здоровье, он был комиссован по болезни. Патриотический порыв Равеля уже после войны не раз служил предметом для ехидных подтруниваний его вечного «учителя» и соперника, Эрика Сати, поскольку оба они, и Равель, и Сати относились к государству чрезвычайно недоверчиво и скептически:

После войны в музыке Равеля стало преобладать эмоциональное начало. Поэтому от сочинения опер он переходит к созданию инструментальных пьес и пишет сюиту «Гробница Куперена». Примерно в это же время Морис Равель знакомится со знаменитым русским продюсером и постановщиком С. Дягилевым, ставящим в Париже «Русские сезоны». Специально по его заказу ставится балет на музыку Равеля «Дафнис и Хлоя», в главной партии — В. Нижинский — великий русский танцовщик. Затем будет поставлен еще один балет, «Вальс». Сочинение после премьеры стало использоваться как отдельное произведение. Наступает время рассвета славы Мориса Равеля.

Однако популярность и известность гнетут композитора, и он переезжает из Парижа в местечко Монфор-Ламори, что в принципе не означает отказ от дальнейшей музыкальной деятельности.

Равель много гастролирует: выступает с турами в Италии, Голландии и Англии. И всюду его встречал восторженный прием благодарных почитателей. По заказу русского дирижера С. Кусевицкого Равель выполняет оркестровку «Картинок с выставки» М. П. Мусоргского. Все это происходит во время работы Мориса над самым известным его произведением «Болеро». В нем композитор пытался соединить классические традиции с ритмами испанской музыки. Замысел этого произведения принадлежит знаменитой балерине Иде Рубинштейн.

Сорасположенность частей, их строгая последовательность в развитии главной темы позволили передать танцевальную стихию испанской музыки. Знаменитая русская балерина Анна Павлова включила «Болеро» в свой репертуар. В 1925 году М. Равель завершил работу над новаторским произведением «Дитя и чудеса (волшебство)». Оно было названо оперой-балетом. Наряду с традиционными инструментами впервые прозвучал, при исполнении этого произведения, инструмент композитора — элиофон, искусно имитирующий порывы ветра.

В 1932 году Равель вновь совершает турне по Европе вместе с выдающейся пианисткой Маргаритой Лонг. В это же время он начинает работы над новым произведением — балетом «Жанна д’Арк». Однако попадает в автомобильную катастрофу, и работа прекращается. Начиная с 1933 года Равель страдал от серьезного неврологического заболевания, ставшего, возможно, последствием черепно-мозговой травмы, которую он получил в автокатастрофе. Последним произведением тяжело больного композитора были «Три песни» к первому звуковому фильму «Дон Кихот». Они были написаны для русского певца Ф. И. Шаляпина.

Композитор умер 28 декабря 1937 года в Париже после неудачно проведенной операции на головном мозге, предпринятой с целью лечения афазии. Похоронен на кладбище парижского пригорода Леваллуа-Перре.