Фестиваль искусств «Русская зима». Большой вальс
Каталог концертов

Фестиваль искусств «Русская зима». Большой вальс

Год выхода:
2017
Страна производитель:
Россия
Длительность:
94 мин.

Владимир Федосеев

Владимир Федосеев родился в 1932 году в Ленинграде. Музыкальное образование получил в Государственном музыкально-педагогическом институте имени Гнесиных (ныне Российская академия музыки имени Гнесиных) и в аспирантуре Московской консерватории имени П. И. Чайковского (класс профессора Лео Гинзбурга). Карьеру симфонического дирижёра начал в оркестре Ленинградской филармонии по приглашению Е. А. Мравинского. В Ленинграде состоялся и дирижерский дебют Владимира Федосеева – в Государственном академическом театре оперы и балета имени С. М. Кирова (Мариинском театре), где им была поставлена «Царская невеста» Н. Римского-Корсакова. <>

В 80-е и 90-е годы в парижском зале «Плейель» под управлением Владимира Федосеева были представлены в концертном исполнении оперы «Евгений Онегин» П. Чайковского, «Снегурочка» Н. Римского-Корсакова и «Алеко» С. Рахманинова. В исполнении Международного фестивального хора и выдающихся солистов Кэрол Ванесс, Флоренс Квивар, Лучано Паваротти, Роберто Скандуцци в Осло, Стокгольме и Мюнхене прозвучал «Реквием» Дж. Верди. Кроме того, в это время дирижером были осуществлены постановки опер и балетов в крупнейших театрах Европы: «Ла Скала» («Сказка о царе Салтане» Н. Римского-Корсакова, 1988; «Пиковая дама» и «Спящая красавица» П. Чайковского, 1989), Венской опере («Кармен» Ж. Бизе, 1993; «Борис Годунов» М. Мусоргского, 1994; «Волшебный мандарин» Б. Бартока, 1995), цюрихском “Opernhaus” («Жизнь за царя» М. Глинки, 1996; «Демон» А. Рубинштейна, 1999; «Аттила» Дж. Верди, 1998). 

Сотрудничество с крупнейшими театрами продолжается и сегодня: в 2015 году Владимир Федосеев дирижировал в «Ла Скала» в новых постановках балетов «Щелкунчик» (хореограф – Начо Дуато) и «Спящая красавица» П. И. Чайковского (хореограф – Алексей Ратманский). А в 2017 году он дирижировал в премьерных показах оперы «Турандот» Дж. Пуччини в «Геликон-опере», после чего был приглашён в театр на должность музыкального руководителя. 

Имя Владимира Федосеева связано со многими оркестрами мира. Он – первый приглашённый дирижер оркестра Токийской филармонии (с 2000); приглашённый дирижер оркестра Баварского радио (Мюнхен), Национального филармонического оркестра французского радио (Париж), Симфонического оркестра финского радио, Берлинского симфонического, Дрезденского филармонического, оркестров Штутгарта и Эссена, Кливленда и Питтсбурга. С 1997 по 2006 год Владимир Федосеев являлся главным дирижёром Венского симфонического оркестра, и это десятилетие вошло в историю коллектива триумфальными гастролями по странам центральной Европы, азиатскими турне по Японии, Китаю и Филиппинам; циклом «Все симфонические произведения Бетховена», завершившимся 1 января 2000 года исполнением «Торжественной мессы» Бетховена. 

При всем многообразии творческой деятельности центральное место в жизни Владимира Федосеева, безусловно, занимает Государственный академический Большой симфонический оркестр имени П. И. Чайковского, художественным руководителем и главным дирижёром которого он является уже более четырёх десятилетий. За эти годы Владимир Федосеев сформировал особенный, узнаваемый почерк, принесший БСО международную известность, организовал с оркестром множество премьер сочинений современных композиторов, постоянно развивая творческие контакты с русскими и западными авторами: в начале карьеры – с Д. Шостаковичем и Г. Свиридовым, позже – с Ф. Роузом (США), Кш. Пендерецким (Польша), Р. Сёдерлиндом (Норвегия), В. Рубиным и Р. Леденёвым (Россия). 

Одними из первых крупных работ дирижера с БСО стали концертные постановки, а также записи в фонд радио и на пластинки опер «Сельская честь» П. Масканьи, «Черевички» П. Чайковского, «Снегурочка» и «Майская ночь» Н. Римского-Корсакова. Многие записи Владимира Федосеева, в числе которых все симфонии Л. Бетховена, симфонии П. Чайковского, Г. Малера и С. Танеева, становились бестселлерами. Пластинка с записью оперы «Майская ночь» получила приз «Золотой Орфей» французской академии грамзаписи «Шан дю Монд» и была признана лучшей оперной записью 1976 года. В дискографии дирижера также представлены все симфонии И. Брамса, выпущенные фирмой Warner Classics & Jazz, симфонии Д. Шостаковича, изданные в Японии компанией Pony Сanyon. 

Владимир Федосеев – обладатель множества премий и наград, среди которых: Серебряный приз телерадиокомпании «Асахи» в Японии (за программы, включающие сочинения П. Чайковского и Д. Шостаковича), орден «За заслуги перед Отечеством» (IV, III и II степеней), орден Святого Владимира, орден преподобного Сергия Радонежского I степени, Серебряный крест Австрийской республики и орден Почетного Креста I степени за заслуги в культуре Австрии, золотая медаль Международного общества Густава Малера. В марте 2013 года дирижер получил в Праге Европейскую премию «Треббия» за творческую деятельность. В октябре 2013 года в Кремле президент Российской Федерации В. В. Путин наградил маэстро орденом Почета. В 2016 году дирижер стал обладателем почетного звания «Заслуженный деятель музыкальных искусств» и лауреатом премии Союзного государства в области литературы и искусства. А в 2017 году Мэр Москвы Сергей Собянин наградил маэстро Знаком отличия «За заслуги перед Москвой» за выдающийся вклад в развитие отечественной культуры и музыкального искусства. В августе 2017 года Владимир Федосеев отметил свой 85-летний юбилей. 

«Успех пришел к Владимиру Федосееву естественно, как к человеку выдающегося дарования, много сделавшему для большой музыки и имеющему настоящую творческую жизнь», – писал о дирижере композитор Борис Чайковский. А Тихон Хренников отмечал: «Дирижерское дарование – совершенно особый род музыкального таланта. Как у певца, у дирижера должен быть свой “дирижерский голос”. Федосеев – счастливый обладатель такого голоса. Воля руководителя, темперамент артиста, пластика жестов – во всем слышится этот ясно звучащий дирижерский голос».


Государственный академический Большой симфонический оркестр имени П. И. Чайковского

Государственный академический Большой симфонический оркестр имени П. И. Чайковского основан в 1930 году как первый симфонический оркестр Советского Союза. Он не раз доказывал свое право называться одним из лучших оркестров мира – право, завоеванное историей, тщательнейшей работой у микрофонов и интенсивной концертной деятельностью. <>

Высокая репутация оркестра в мире – результат плодотворного сотрудничества с замечательными русскими дирижерами: А. Орловым, Н. Головановым, А. Гауком, Г. Рождественским. БСО доверяли первое исполнение своих сочинений Н. Мясковский, С. Прокофьев, А. Хачатурян, Г. Свиридов, Д. Шостакович, Б. Чайковский. С 1974 года и по сей день бессменным художественным руководителем и главным дирижером коллектива является Владимир Федосеев. 

В летопись оркестра вписаны имена дирижеров: Л. Стоковского и Г. Абендрота, Л. Маазеля и К. Мазура, Е. Мравинского и К. Цекки, солистов прошлого: С. Рихтера, Д. Ойстраха, А. Неждановой, С. Лемешева, И. Архиповой, Л. Паваротти, Н. Гяурова, а также современных исполнителей: В. Третьякова, П. Цукермана, Ю. Башмета, О. Майзенберга, Е. Леонской, А. Князева. В свое время именно Владимир Федосеев и БСО открыли миру имена Е. Кисина, М. Венгерова, В. Репина. И сейчас оркестр продолжает сотрудничать с лучшими солистами разных стран. 

В 1993 году оркестру было присвоено великое имя Петра Ильича Чайковского – за подлинную, глубокую интерпретацию его сочинений. 

Записи огромнейшего репертуара оркестра от Моцарта, Бетховена, Чайковского, Брамса, Малера до современной музыки выпущены фирмами Sony, Pony Сanyon, JVC, Philips, Relief, Warner Classics & Jazz, «Мелодия». 

В перечне стран, в которых выступал Большой симфонический оркестр, отражена едва ли не вся карта мира. Но важнейшим направлением деятельности БСО являются концерты в городах России – Смоленске и Вологде, Череповце и Магнитогорске, Челябинске и Сарове, Перми и Великом Новгороде, Тюмени и Екатеринбурге. В репертуаре оркестра – монографические циклы, проекты для детей, благотворительные мероприятия, а также концерты, объединяющие музыку и слово. Наряду с выступлениями в крупнейших залах мира БСО продолжает вести активную просветительскую деятельность, организуя вечера музыки в Третьяковской галерее и МГУ имени М. В. Ломоносова. 

В сезоне 2015/2016 Большой симфонический оркестр отметил свое 85-летие, исполнив яркие концертные программы в Москве, городах Германии, Австрии, Голландии, Италии и Швейцарии с участием выдающихся музыкантов. С большим успехом был представлен проект «Моцарт. Письма к тебе…», в котором творчество композитора рассматривалось в тесной взаимосвязи с его личностью, окружением и событиями из жизни. Этот формат оркестр продолжил в аналогичных циклах, посвящённых творчеству Бетховена и Чайковского. 

Творчество Бетховена продолжает быть центральной темой выступлений и в сезоне 2017/2018. Композитору, ушедшему из жизни 190 лет назад, оркестр посвятил целый фестиваль. Основу этих проектов составляют инструментальные концерты и крупные симфонические произведения композитора. Кроме того, оркестром подготовлены программы к 145-летию со дня рождения Рахманинова, а также новый цикл концертов «Музыка для всех: оркестр и орган», приуроченный к открытию органа Большого зала Московской консерватории после реставрации. 

По-прежнему насыщенна и гастрольная деятельность Большого симфонического оркестра и его художественного руководителя Владимира Федосеева. В ноябре 2017 года музыканты отправятся в Японию, затем выступят в Линце и Праге. В феврале состоятся концерты в 

Регенсбурге, Мюнхене и Зальцбурге. Кроме того, БСО выступит на закрытии IX Международного фестиваля Мстислава Ростроповича. 


Михаил Глинка

В русской музыке Глинка занимает положение подобно Александру Сергеевичу ПУШКИНУ в русской литературе. Если А.С.Пушкин – первый русский поэт мирового значения, то М.И.Глинка – первый композитор, открывший новую эпоху в диалоге западноевропейской и русской культур.

Глинка был гениально одаренной художественной личностью. Его стиль отличался удивительной законченностью, гармонией всех компонентов. Светлый, жизнеутверждающий характер, стройность формы, красота и пластичность мелодий, красочность и тонкость гармонии и инструментовки – ценнейшие качества произведений композитора. Это было искусство, порожденное высочайшей культурой и вкусом. По эстетическому совершенству его музыку часто сравнивают с искусством Моцарта. Как и венский классик, Глинка достиг высочайшего синтеза и переосмысления интонационного словаря своей эпохи. Именно ему, «русскому Моцарту» суждено было стать альфой и омегой отечественной музыки.

Главная заслуга композитора – в создании первых русских опер «Ивана Сусанина» (1836) и «Руслана и Людмилы» (1842). Он обозначил пути развития национального симфонизма и открыл новую эпоху в истории русской вокальной лирики. Его «испанские увертюры» положили начало разработке исполнительского фольклора в симфонической музыке. Он отразил в своем творчестве народные мотивы разных национальных культур (украинской, польской, финской, итальянской и народов Востока).

Произведения «певца пушкинской эпохи» по своим художественным достоинствам и глубине эстетического обобщения для большинства современников оказались во многом недосягаемыми. Подобно солнцу, Глинка щедро разбросал лучи своего таланта на несколько десятилетий вперед. Его наследниками стали все крупные композиторы XIX века. К традициям Глинки восходят величавые народные образы Мусоргского и русская сказка Римского-Корсакова, богатырский эпос Бородина и лирическая задушевность, поэтичность Чайковского. Его творческие принципы стали основой зрелого национального стиля русской музыки ХХ века.

«Когда задумываешься, в чем прежде всего проявилась необыкновенная сила творческого гения Глинки, что явилось главным в той революции, которую он совершил в русской музыке, неизменно приходишь к мысли о начале всех начал в его искусстве – о глубочайшем постижении композитором духа народности, о высшем синтезе русской народной песенности с ярчайшей композиторской индивидуальностью», – писал Д.Д.Шостакович.

Судьба не была благосклонна Глинке. Почитаемый в Европе, композитор не находил должного понимания в России. Влюбленный в жизнь, он постоянно страдал от изнуряющих недугов и слабого здоровья. Ценитель и поклонник женской красоты, он пережил тяжелую личную драму.

Русский помещик, странствующий по Европе «барич», которого с детства интересует география и манит романтика дальних стран. Его влекут красоты севера и сочная красочность Кавказа («излюбленного» места русской интеллигенции). Глинка впитывает массу музыкальных впечатлений: его слух схватывает персидскую песню, напетую секретарем восточного принца, и грустный напев финского ямщика, он увлекается малороссийскими песнями и польскими танцами. Глинка зачарован экзотикой Испании, где помимо изучения языка и народной музыки, учится танцевать. Он наслаждается южным солнцем Италии и культурой Аппенин, хотя в России борется с «итальянщиной», отстаивая самобытность отечественной оперы. Его музыкальными оппонентами на русской сцене оказываются Беллини, Доницетти и Мейербер, но в реальной жизни Глинку связывают с ними дружеские отношения. Глинку почитает Берлиоз, а Лист, приехав в Россию, непременно желает услышать прославленного русского композитора (он же одним из первых оценил «Руслана»).

Глинка любит петь. Он – любимец светских салонов. Однажды на масленичном представлении он, наряженный в женский парик, исполняет партию Донны Анны. Имея от природы голос, по собственному выражению, несколько хрипловатый и сдавленный, он берет уроки вокала у итальянских певцов, достигает подлинного мастерства в пении и впоследствии выступает в роли педагога сам. Публикуется даже сборник вокальных упражнений Глинки (но уже после его смерти). Он обладает даром живописца, любит рисовать деревья и церкви (чем-то напоминая артистическую натуру Мендельсона, также влюбленного в путешествия и делающего живописные наброски). Он заводит у себя в поместье множество птиц и слушает их часами, а потом долго-долго музицирует на фортепиано.

В его натуре серьезность граничит с шалостью. Совсем как пушкинский повеса-Моцарт! На Черной речке забавляется с друзьями, изображая привидения. Когда же речь заходит о творчестве и, что еще важнее, о национальной направленности искусства, Глинка проявляет поразительную убежденность и стойкость позиции.

Он ругает, порой ненавидит Петербург, в котором не встречает истинного понимания и признания, даже под конец жизни он уезжает из России с тем, чтобы больше «не видеть эту землю». В душе же он всегда чувствует себя исконно русским композитором, ответственным за судьбы русского искусства и способного писать только национальным «языком».

Чувствую недостаточное знание композиторской техники, Глинка едет в Германию заниматься с известнейшим педагогом, автором учебников по гармонии и полифонии, Зигфридом Деном, который всего на 5 лет старше самого композитора (у него же учился мастерству А.Г.Рубинштейн). В последние годы жизни Глинка снова приедет в Германию и возобновит свои занятия с Деном. А задачу композитор поставит перед собой очень серьезную: «Я почти убежден, что можно связать Фугу западную с условиями нашей музыки узами законного брака». Он старательно изучает старинную церковную музыку. Последними его произведениями становятся фуги «в греческих ладах».

Таким ли знаем мы нашего классика?…


Георгий Свиридов

Георгий Васильевич Свиридов (3 (16) декабря 1915, Фатеж, Курская губерния — 6 января 1998, Москва) — русский композитор, пианист. Ученик Дмитрия Шостаковича.

Георгий Васильевич Свиридов родился в 1915 году в городе Фатеже Курской губернии Российской империи. Его отец был почтовым служащим, а мать — учителем. Его отец, Василий Свиридов, сторонник большевиков в гражданской войне, был убит, когда Георгию было 4 года.<>

В 1924 году, когда Георгию было 9 лет, семья переехала в Курск. В Курске Георгий Свиридов продолжал учиться в начальной школе, где началось его страстное увлечение книгами. Постепенно на первое место в кругу его интересов стала выдвигаться музыка. Там, в начальной школе, Георгий Свиридов учился играть на своем первом музыкальном инструменте, балалайке. Учась подбирать на слух, он демонстрировал такой талант и способность, что был принят в местный ансамбль народных инструментов. С 1929 по 1932 год он учился в Курской музыкальной школе у Веры Уфимцевой и Мирона Крутянского. По совету последнего переехал в Ленинград в 1932 году, где он занимался по классу фортепиано у Исайи Браудо и классу композиции у Михаила Юдина в Центральном музыкальном техникуме, который он закончил в 1936 году.

С 1936 по 1941 он учился в Ленинградской консерватории у Петра Рязанова и Дмитрия Шостаковича (с 1937 года).

В 1937 году Георгий Свиридов был принят в Союз композиторов СССР.

Мобилизированный в Советские Вооруженные силы в 1941году, несколько дней спустя окончания консерватории, Свиридов был отправлен в военную академию в Уфе, но был комиссован в конце года по состоянию здоровья.

До 1944 года жил в Новосибирске, куда была эвакуирована Ленинградская филармония. Как и другие композиторы, он начинает писать военные песни, из которых самой известной стала, пожалуй, «Песня смелых» на стихи А. Суркова. Кроме того, он писал музыку для спектаклей эвакуированных в Сибирь театров.

В 1944 году Свиридов возвратился в Ленинград, а в 1956 году поселился в Москве. Он пишет симфонии, концерты, оратории, кантаты, песни и романсы.

C 1957 года член правления Союза композиторов СССР, в 1962 году избран секретарем правления Союза. В 1963 году Георгию Свиридову было присвоено почетное звание народного артиста РСФСР, а в 1970 году — народного артиста СССР. В 1965 году был награжден орденом Ленина. Свиридов — лауреат Ленинской премии (1960 за «Патетическую ораторию») и Государственной премии СССР (1946).

В июне 1974 года на фестивале русской и советской песни, проходившем во Франции, местная печать представила Свиридова своей искушенной публике как «наиболее поэтичного из современных советских композиторов».

В последние годы Георгий Свиридов много болел. 6 января 1998 года он скончался. Гражданская панихида и похороны Георгия Свиридова состоялись 9 января в Москве. После отпевания в храме Христа Спасителя состоялись похороны. Композитор похоронен на Новодевичьем кладбище.

Свои первые сочинения Свиридов написал еще в 1935 году — ставший знаменитым цикл лирических романсов на слова Пушкина. Пока он учился в Ленинградской консерватории, с 1936 по 1941, Свиридов экспериментировал с разными жанрами и разными типами композиции. Он написал Концерт для фортепиано № 1 (1936—1939), Симфонию № 1 и камерную симфонию для струнных (1940).

Стиль Свиридова значительно менялся на ранних этапах его творчества. Его ранние вещи были написаны в стиле классической романтической музыки и были похожи на работы немецких романтиков. Позже многие сочинения Свиридова писались под влиянием его учителя Дмитрия Шостаковича, но также, например в Первой партите для фортепиано, заметно внимание композитора к музыкальному языку Пауля Хиндемита. Начиная с середины 50-х годов, Свиридов обрел свой яркий самобытный стиль, и старался писать произведения, которые носили исключительно русский характер. Музыка Свиридова долго оставалась малоизвестна на Западе, но в России его работы пользовались грандиозным успехом у критиков и слушателей за их простые, но тонкие по форме лирические мелодии, масштаб, мастерскую инструментовку и ярко выраженный, но оснащенный мировым опытом национальный характер высказывания.

Свиридов продолжал и развивал опыт русских классиков, прежде всего Модеста Мусоргского, обогащая его достижениями XX столетия. Он использует традиции старинного канта, обрядовых попевок, знаменного пения, а в то же время — и современной городской массовой песни. Творчество Свиридова сочетает в себе новизну, самобытность музыкального языка, отточенность, изысканную простоту, глубокую духовность и выразительность.

Александр Глазунов

Александр Константинович Глазунов (29 июля (10 августа) 1865, Санкт-Петербург — 21 марта 1936, Париж) — русский композитор, дирижер, музыкально-общественный деятель, профессор Петербургской консерватории (1899), в 1907—1928 — ее директор.

Отец Глазунова работал книгоиздателем, мать была пианисткой. Образование получил во Втором петербургском реальном училище, по окончании которого некоторое время был вольнослушателем в Петербургском университете. Одарённый хорошим слухом и музыкальной памятью, Глазунов начал обучаться игре на фортепиано с девяти лет, сочинять с одиннадцати. В 1879 он познакомился с Милием Балакиревым, который отметил незаурядный талант юноши и рекомендовал его Николаю Римскому-Корсакову. С Римским-Корсаковым Глазунов начал частным образом изучать теорию музыки и композицию, и за полтора года прошёл весь курс гармонии, форм и инструментовки. Уже в 1882 году Глазунов написал свою Первую симфонию, которая с успехом была исполнена под управлением Балакирева, а вскоре появился его первый струнный квартет. Творчеством Глазунова вскоре заинтересовался известный меценат и покровитель искусства Митрофан Беляев, ставивший своей целью поддержку молодых русских композиторов. В 1885 году Беляев организовал цикл Русских симфонических концертов и музыкальное издательство в Лейпциге, а годом ранее при его поддержке Глазунов впервые отправился за границу, где была исполнена его Первая симфония, и где он познакомился с Ференцем Листом, одобрительно отозвавшимся о его творчестве. Вернувшись в Петербург, Глазунов стал одним из членов так называемого «Беляевского кружка», в который входили также Римский-Корсаков, Лядов, Малишевский, Витолс, Блуменфельд и другие музыканты. Продолжая традиции «Могучей кучки» по части развития русской композиторской школы, беляевцы также держали курс на сближение с западной музыкальной культурой.

В 1887 году умирает Александр Бородин, оставив неоконченными свою оперу «Князь Игорь» и Третью симфонию. За их окончание и оркестровку берутся Римский-Корсаков и Глазунов. Феноменальная память Глазунова позволила ему полностью восстановить услышанную в исполнении на фортепиано самого Бородина незадолго до его смерти увертюру к опере и фрагменты третьего действия, а благодаря музыкальным навыкам он смог полностью оркестровать симфонию. В 1889 он дебютирует как дирижёр, исполняя свою Вторую симфонию на Всемирной выставке в Париже. В начале 1890-х Глазунов переживает творческий кризис, который сменяется новым подъёмом: он пишет три симфонии, камерные произведения и балет «Раймонда», ставший наиболее известным его сочинением. В 1899 он получает место профессора Петербургской консерватории, в которой работал непрерывно около тридцати лет. После событий 1905 года, когда из консерватории за поддержку революционно настроенных студентов был уволен Римский-Корсаков, Глазунов в знак протеста также покинул свой пост, но уже в декабре того же года, после того, как консерватория была отделена от Русского музыкального общества, вернулся в неё и вскоре был избран ее директором. На посту директора Глазунов провёл огромную работу: приводил в порядок учебные планы, основал оперную студию и студенческий оркестр, значительно повысил требования к студентам и преподавателям, в конце каждого учебного года лично присутствовал на всех экзаменах и писал характеристики на каждого студента.

После Октябрьской революции Глазунов сумел остаться на своём посту, наладив отношения с новым режимом, и в частности с наркомом просвещения Анатолием Луначарским, и сохранить за консерваторией престижный статус. Он выступал как дирижёр на фабриках, в клубах и др., принимал участие в музыкально-общественной жизни страны. В 1922 ему было присвоено звание народного артиста Республики. Тем не менее, против Глазунова в консерватории были настроены как некоторые группы профессоров, желавших более прогрессивных методов преподавания, так и студентов, жаждавших большей свободы. В 1928 году Глазунов был приглашён на композиторский конкурс в Вену, посвящённый столетию со дня смерти Франца Шуберта, и по его окончании принял решение не возвращаться в СССР. Глазунов всегда заявлял, что его отъезд за границу был обусловлен слабым здоровьем, а не идеологическими причинами, что позволило ему сохранять творческие связи с ленинградской музыкальной общественностью. Глазунов формально числился ректором консерватории до 1930 года (его обязанности исполнял Максимилиан Штейнберг). Некоторое время Глазунов выступал как дирижёр, а в 1932 в связи с ухудшившимся здоровьем вместе с женой поселился в Париже, где изредка сочинял (среди его поздних работ — Концерт для саксофона с оркестром, посвящённый Сигурду Рашеру).

Глазунов умер в Париже, в 1972 году его прах был перевезён в Ленинград и торжественно захоронен на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры. В Мюнхене открыт институт, занимающийся исследованием творчества композитора, архив его партитур хранится в Париже.

Именем композитора назван малый зал Санкт-Петербургской консерватории.

Глазунов занимает заметное место в истории русской музыки. По стилю своих сочинений он примыкает отчасти к «Новой русской школе», но культивирует по существу европейские классические музыкальные формы. Его произведения отмечены яркой оркестровкой, большим гармоническим и контрапунктическим мастерством, тонким лиризмом.

Иоганн Штраус

Иоганн Штраус-сын (25 октября 1825, Вена — 3 июня 1899, там же) — австрийский композитор, дирижер и скрипач, признанный «король вальса», автор многочисленных танцевальных произведений и нескольких популярных оперетт.

Родился в семье известного австрийского композитора Иоганна Штрауса-старшего. Двое из четырех братьев Штрауса-младшего (Йозеф и Эдуард) тоже стали известными композиторами.

Мальчик учился играть на скрипке тайком от отца, который хотел видеть сына банкиром и устраивал яростные скандалы, когда заставал сына со скрипкой в руках. Однако при помощи матери Иоганн-младший продолжал тайком совершенствоваться в музыке. Отец вскоре отдал Иоганна-младшего в Высшее коммерческое училище, а вечерами заставлял работать счетоводом. В 1844 году Иоганн-младший закончил своё музыкальное образование у известных педагогов, которые дали ему блестящие рекомендации (для получения лицензии на профессию). Когда он всё-таки решился и обратился в магистрат за лицензией на право дирижировать оркестром, мать, опасаясь, что Иоганн-старший воспрепятствует выдаче лицензии, подала на развод по причине многолетних измен мужа. Штраус-старший в ответ лишил детей от Анны наследства, отписав всё своё состояние детям своей любовницы Эмилии Трампуш. Вскоре после регистрации развода он женился на Эмилии официально, у них к этому времени было уже семеро детей.

Вскоре Штраусу удаётся набрать небольшой собственный оркестр, и он с успехом выступает в венском казино Доммайера. Репертуар оркестра в значительной степени состоял из его собственных произведений. Первое время сильно мешала зависть со стороны влиятельного отца, который заносил в чёрный список те заведения, где выступал сын, не допускал его на придворные балы и на другие престижные мероприятия, которые считал своей вотчиной. Но, вопреки всем усилиям отца и благодаря почитателям таланта Иоганна-младшего его назначили капельмейстером военного оркестра второго полка гражданской милиции (отец был руководителем оркестра первого полка).

Ещё больше углубила конфликт отца с сыном революция 1848 года. Штраус-старший поддержал монархию и написал верноподданнический «Марш Радецкого». Штраус-младший в дни революции играл «Марсельезу» и сам написал ряд революционных маршей и вальсов. После подавления революции его привлекли к суду, но в конце концов оправдали.

1849: Штраус-старший умер от скарлатины. Иоганн на могиле отца сыграл «Реквием» Моцарта, посвятил памяти отца вальс «Эолова арфа» и издал за свой счёт полное собрание сочинений отца. Отцовский оркестр решил присоединиться к музыкантам сына, и объединённый оркестр отправляется на гастроли по Австрии, Польше, Германии. Всюду он имел огромный успех.

Чтобы наладить отношения с новым императором Францем-Иосифом I, Штраус посвящает ему два марша. Вскоре ему передают все отцовские полномочия на придворных балах и концертах (1852). Приглашений так много, что он нередко отправляет вместо себя одного из братьев. В отличие от отца, он никому не завидовал и шутил, что «братья талантливее меня, просто я популярнее».

1856: первые гастроли Штрауса в России. Он стал постоянным дирижёром летних концертов при Павловском вокзале с огромным окладом (22 тысячи рублей за сезон). В течение пяти лет выступлений в Павловске Штраус переживает серьёзное увлечение русской девушкой, Ольгой Смирнитской, но родители Ольги воспрепятствовали их браку. Этому роману были посвящены советский фильм «Прощание с Петербургом» и книга Айгнера «Иоганн Штраус — Ольга Смирнитская. 100 писем о любви».

В 1862 году Штраус, после сообщения Ольги о своей свадьбе с русским офицером, женился на оперной певице Йетти Халупецкой, выступавшей под псевдонимом «Трефц» (Henrietta Treffz). Биографы отмечают, что Йетти была внешне похожа на Ольгу Смирнитскую[3]. Йетти была старше Штрауса на 7 лет и к тому же имела семерых внебрачных детей от разных отцов. Тем не менее брак оказался счастливым, Генриетта стала верной и заботливой женой и импресарио мужа.

Конец 1860-х — начало 1870-х годов: расцвет штраусовского гения. В этот период он создаёт свои лучшие вальсы: «На прекрасном голубом Дунае» (1866) и «Сказки Венского леса» (1868), лучшие оперетты.

1870: Штраус отказывается от придворных обязанностей (передаёт их брату Эдуарду) и посвящает себя оперетте. Неожиданно, в возрасте 43 лет умирает брат Йозеф.

В 1870-е годы оркестр Штрауса гастролирует по Великобритании, Франции, США. На Бостонском музыкальном фестивале Штраус ставит мировой рекорд, управляя оркестром более чем из 1000 музыкантов. В 1871 году по совету Оффенбаха Штраус пишет свою первую оперетту, хорошо принятую публикой. Всего он написал 15 оперетт.

50 шиллингов 1999 г — австрийская памятная монета, выпущенная по поводу 100-летия смерти Иоганна Штрауса-младшего.

1874: новая оперетта «Летучая мышь» поначалу большой популярности не имеет, но всё же многие годы не сходила со сцены венских театров. Триумфальный успех приходит спустя 20 лет, после появления новой редакции (Густав Малер, Гамбург).

1878: после смерти Йетти Штраус женился на молодой немецкой певице Ангелине Дитрих. Вскоре этот брак распадается. В 1882 году Штраус женится в третий и последний раз, на Адели Дойч (1856-1930), вдове сына банкира Антона Штрауса[4]. Она была еврейкой и не хотела переходить в христианскую веру. В католической церкви их бы не стали венчать, поэтому для оформления развода и нового брака Штраус становится протестантом-евангелистом и принимает германское гражданство, став подданным герцога Саксен-Кобург-Готского. Окончательно брак с Адель был оформлен в 1887 году. Штраус посвятил жене вальс «Адель». Их совместная жизнь сложилась удачно. Несмотря на три брака, своих детей у Штрауса не было.

1880: Штраус едет в Париж проводить в последний путь Оффенбаха.

1885: новый шедевр: оперетта «Цыганский барон», по сюжету повести «Саффи» Мора Йокаи. Музыка оперетты наполнена отчётливым венгерским колоритом. Это самая «оперная» из оперетт Штрауса.

1895: 70-летие Штрауса отмечает вся Европа.

Последние годы Штраус не концертировал и практически не выходил из дома. Но по случаю 25-летия оперетты «Летучая мышь» его уговорили дирижировать увертюрой. Он слишком разгорячился и по дороге домой сильно простудился. Штраус скончался в Вене в возрасте 73 лет от пневмонии, не успев закончить балет «Золушка». Завершил работу над балетом в следующем году Йозеф Байер.

Всё своё состояние Иоганн завещал музыкальному обществу. Адели досталась только рента. Она пережила мужа на 31 год, полностью посвятив себя созданию музея Штрауса и публикации его произведений. Она даже разыскала и сохранила любовные письма мужа к Ольге.

После смерти Штрауса были поставлены несколько оперетт, смонтированных из различных его произведений. Первой из них стала «Венская кровь», лейтмотивом которой служит одноимённый вальс Штрауса. Штраус незадолго до кончины дал разрешение на создание этого произведения, но сценического успеха оно не имело.

Штраус создал огромное количество произведений: 168 вальсов, 117 полек, 73 кадрили, 43 марша, 31 мазурку, 15 оперетт, комическую оперу и балет. Он сделал с танцевальной музыкой то, что позднее Гершвин сделал с джазом: поднял до симфонических вершин. Творениями Штрауса восхищались самые разные композиторы, от Оффенбаха до Вагнера, от Легара до Чайковского.

Ян Сибелиус

Ян Сибелиус (8 декабря 1865, Хямеэнлинна, Великое княжество Финляндское — 20 сентября 1957, Ярвенпяя, Финляндия) — финский композитор.

Ян Сибелиус родился 8 декабря 1865 в Хямеэнлинне в Великом княжестве Финляндском. Был вторым из троих детей доктора Кристиана Густава Сибелиуса и Марии Шарлотты Борг. Он рано потерял отца, провёл детские годы с матерью, братом и сестрой в доме бабушки в своём родном городе.

В семье говорили на шведском и поддерживали шведские культурные традиции. Однако родители отдали Яна в финноязычную среднюю школу. С 1876 года по 1885 он учился в Нормальном лицее Хямеэнлинны.

Следуя семейной традиции, детей обучали игре на музыкальных инструментах. Сестра Линда занималась на рояле, брат Христиан — на виолончели, Ян — вначале на рояле, но после предпочёл скрипку. Уже в десять лет Ян сочиняет небольшую пьесу. Впоследствии, его влечение к музыке возрастает и он начинает систематические занятия под руководством руководителя местного духового оркестра Густава Левандера. Полученные практические и теоретические знания позволили написать юноше несколько камерно-инструментальных сочинений.

В 1885 год поступил на юридический факультет Императорского университета в Хельсинки, но его не привлекала профессия юриста, и вскоре он перешёл в Музыкальный институт, где стал самым блестящим учеником Мартина Вегелиуса. Многие из его ранних сочинений для камерных ансамблей исполнялись студентами и преподавателями института.

В 1889 Сибелиус получил государственную стипендию для обучения композиции и теории музыки у Альберта Беккера в Берлине. В следующем году брал уроки у Карла Гольдмарка и Роберта Фукса в Вене.

По возвращении Сибелиуса в Финляндию состоялся его официальный дебют как композитора: была исполнена симфоническая поэма «Куллерво» (Kullervo), ор. 7, для солистов, мужского хора и оркестра — по одному из сказаний финского народного эпоса Калевала. Это были годы невиданного патриотического подъёма, и Сибелиуса немедленно провозгласили музыкальной надеждой нации. Вскоре он женился на Айно Ярнефельт, отцом которой был знаменитый генерал-губернатор, возглавлявший национальное движение.

За Куллерво последовали симфоническая поэма «Сказка» (En Saga), ор. 9 (1892); сюита «Карелия» (Karelia), ор. 10 и 11 (1893); «Весенняя песня», ор. 16 (1894) и сюита «Лемминкяйнен» (Lemminkissarja), ор. 22 (1895). В 1897 Сибелиус участвовал в конкурсе на замещение должности преподавателя музыки в университете, но потерпел неудачу, после чего друзья убедили сенат учредить для него ежегодную стипендию в 3000 финских марок.

Заметное влияние на раннее творчество Сибелиуса оказали два финских музыканта: искусству оркестровки его обучал Роберт Каянус, дирижёр и основатель Ассоциации хельсинкских оркестров, а наставником в области симфонической музыки был музыкальный критик Карл Флодин. Премьера Первой симфонии Сибелиуса состоялась в Хельсинки (1899). В этом жанре композитор написал ещё 6 сочинений — последней была Седьмая симфония (одночастная Fantasia sinfonica), ор. 105, впервые исполненная в 1924 в Стокгольме. Международную известность Сибелиус приобрёл именно благодаря симфониям, но популярностью пользуются и его скрипичный концерт, и многочисленные симфонические поэмы, такие, как «Дочь Похьёлы» (фин. Pohjolan tytär), «Ночная скачка и восход солнца» (швед. Nattlig ritt och soluppgang), «Туонельский лебедь» (Tuonelan joutsen) и «Тапиола» (Tapiola).

Большинство сочинений Сибелиуса для драматического театра (всего их шестнадцать) — свидетельство его особой склонности к театральной музыке: в частности, это симфоническая поэма «Финляндия» (Finlandia) (1899) и «Грустный вальс» (Valse triste) из музыки к пьесе шурина композитора Арвида Ярнефельта «Смерть» (Kuolema); пьеса была впервые поставлена в Хельсинки в 1903. Многие песни и хоровые произведения Сибелиуса часто звучат у него на родине, но за её пределами почти неизвестны: очевидно, их распространению мешает языковой барьер, а кроме того, они лишены характерных достоинств его симфоний и симфонических поэм. Сотни фортепианных и скрипичных пьес и несколько сюит для оркестра также уступают лучшим сочинениям композитора.

Особое положение в финской национальной культуре занимает симфоническая поэма «Финляндия», являющаяся музыкальной иллюстрацией истории народа и имевшая антироссийскую направленность. Мелодия имела успех и стала национальным гимном. Её исполнение, в том числе и насвистывание мелодии в общественных местах, каралось русскими властями заключением.

Творческая деятельность Сибелиуса фактически завершилась в 1926 симфонической поэмой «Тапиола», ор. 112. Более 30 лет музыкальный мир ждал от композитора новых сочинений — особенно его Восьмой симфонии, о которой столько говорилось (в 1933 г. была даже анонсирована её премьера); однако ожидания не сбылись. В эти годы Сибелиус писал лишь небольшие пьесы, в том числе масонскую музыку и песни, ничем не обогатившие его наследие. Впрочем, существуют свидетельства, что в 1945 г. композитор уничтожил большое количество бумаг и рукописей, — возможно, среди них были и не дошедшие до окончательного воплощения поздние сочинения.

Его творчество получает признание главным образом в англо-саксонских странах. В 1903-1921 он пять раз приезжал в Англию дирижировать своими произведениями, а в 1914 посетил США, где под его управлением в рамках музыкального фестиваля в Коннектикуте прошла премьера симфонической поэмы Океаниды (Aallottaret). Популярность Сибелиуса в Англии и США достигла своего пика к середине 1930-х годов. Такие крупные английские писатели, как Роза Ньюмарч, Сесил Грей, Эрнест Ньюмен и Констант Ламберт, восхищались им как выдающимся композитором своего времени, достойным преемником Бетховена. Среди наиболее пылких приверженцев Сибелиуса в США были О. Даунс, музыкальный критик «Нью-Йорк Таймс», и С. Кусевицкий, дирижёр Бостонского симфонического оркестра; в 1935, когда музыка Сибелиуса прозвучала по радио в исполнении Нью-йоркского филармонического оркестра, слушатели избрали композитора своим «любимым симфонистом».

С 1940 интерес к музыке Сибелиуса заметно падает: раздаются голоса, подвергающие сомнению его новаторство в области формы. Сибелиус не создал своей школы и не оказал прямого влияния на композиторов следующего поколения. В наши дни его обычно ставят в один ряд с такими представителями позднего романтизма, как Р. Штраус и Э. Элгар. При этом в Финляндии ему отводили и отводят гораздо более важную роль: здесь он признан великим национальным композитором, символом величия страны.

Еще при жизни Сибелиус удостоился почестей, которые воздавались лишь немногим художникам. Достаточно упомянуть многочисленные улицы Сибелиуса, парки Сибелиуса, ежегодный музыкальный фестиваль «Неделя Сибелиуса». В 1939 «альма матер» композитора, Музыкальный институт, получил название Академии имени Сибелиуса (фин. Sibelius-Akatemia).

Умер Сибелиус в Ярвенпяя 20 сентября 1957.


Леонард Бернстайн

Леонард Бернстайн (1918-1990) — американский дирижёр, композитор, пианист, музыкальный писатель, педагог.

Деятельность Л. Бернстайна поражает прежде всего своим разнообразием: талантливый композитор, известный всему миру как автор мюзикла «Вестсайдская история», крупнейший дирижер XX в. (его называют в числе наиболее достойных преемников Г. Караяна), яркий музыкальный писатель и лектор, умеющий найти общий язык с широчайшим кругом слушателей, пианист и педагог.<>

Стать музыкантом Бернстайну было предначертано судьбой, и он упорно шел по избранному пути, невзирая на препятствия, порой очень значительные. Когда мальчику было 11 лет, он начал брать уроки музыки и уже через месяц решил, что будет музыкантом. Но отец, считавший музыку пустой забавой, не стал оплачивать уроки, и мальчик стал сам зарабатывать деньги на учение.

В 17 лет Бернстайн поступил в Гарвардский университет, где обучался искусству сочинения музыки, игре на фортепиано, слушал лекции по история музыки, филологии и философии. Окончив университет в 1939 г., он продолжил обучение — теперь уже в Музыкальном институте Кертис в Филадельфии (1939-41). Событием в жизни Бернстайна стала встреча с крупнейшим дирижером, выходцем из России, С. Кусевицким. Стажировка под его руководством в Беркширском музыкальном центре (Танглвуд) положила начало теплым дружеским отношениям между ними. Бернстайн стал ассистентом Кусевицкого, а вскоре — помощником дирижера Нью-Йоркского филармонического оркестра (1943-44). До этого, не имея постоянного заработка, он жил на средства от случайных уроков, концертных выступлений, таперской работы.

Счастливый случай ускорил начало блистательной дирижерской карьеры Бернстайна. Всемирно известный Б. Вальтер, который должен был выступать с Нью-Йоркским оркестром, внезапно заболел. Постоянный дирижер оркестра А. Родзинский отдыхал за городом (было воскресенье), и ничего не оставалось, как поручить концерт начинающему ассистенту. Всю ночь проведя за изучением сложнейших партитур, Бернстайн на другой день, без единой репетиции, появился перед публикой. Это был триумф молодого дирижера и сенсация в музыкальном мире.

Отныне перед Бернстайном открылись крупнейшие концертные залы Америки и Европы. В 1945 г. он сменил Л. Стоковского на посту главного дирижера Нью-Йоркского городского симфонического оркестра, дирижировал оркестрами Лондона, Вены, Милана. Бернстайн покорил слушателей стихийным темпераментом, романтическим воодушевлением, глубиной проникновения в музыку. Артистизм музыканта поистине не знает предела: одним своим шуточным произведением он дирижировал... «без рук», управляя оркестром только мимикой лица и взглядами. Более 10 лет (1958-69) Бернстайн занимал должность главного дирижера Нью-Йоркского филармонического оркестра, пока не принял решение отдавать больше времени и сил сочинению музыки.

Произведения Бернстайна начали исполняться почти одновременно с его дирижерским дебютом (вокальный цикл «Ненавижу музыку», симфония «Иеремия» на текст из Библии для голоса с оркестром, балет «Невлюбляющийся»). В молодые годы Бернстайн отдает предпочтение театральной музыке. Он — автор оперы «Волнения на Таити» (1952), двух балетов; но наибольший успех сопутствовал его четырем мюзиклам, написанным для театров Бродвея. Премьера первого из них («В городе») состоялась в 1944 г., и многие его номера сразу приобрели популярность «боевиков». Жанр мюзикла Бернстайна восходит к самым корням американской музыкальной культуры: ковбойским и негритянским песням, мексиканским танцам, острым ритмам джаза. В «Чудесном городе» (1952), выдержавшем в течение одного сезона более полутысячи спектаклей, чувствуется опора на суинг — стиль джаза 30—х гг. Но мюзикл — не чисто развлекательное шоу. В «Кандиде» (1956) композитор обратился к сюжету Вольтера, а «Вестсайдская история» (1957) — не что иное, как трагическая история Ромео и Джульетты, перенесенная в Америку с ее расовыми столкновениями. Своим драматизмом этот мюзикл приближается к опере.

Бернстайн пишет духовную музыку для хора и оркестра (оратория Кадиш, Чичестерские псалмы), симфонии (Вторая, Возраст тревог — 1949; Третья, посвящена 75-летию Бостонского оркестра — 1957), Серенаду для струнного оркестра и ударных по диалогу Платона «Симпозиум» (1954, серия застольных тостов, восхваляющих любовь), музыку к кинофильмам.

С 1951 г., когда умер Кусевицкий, Бернстайн взял его класс в Танглвуде и начал преподавать в университете города Вельтем (штат Массачусетс), читать лекции в Гарварде. С помощью телевидения аудитория Бернстайна — педагога и просветителя — превзошла рамки любого университета. И в лекциях, и в своих книгах «Радость музыки» (1959) и «Бесконечное разнообразие музыки» (1966) Бернстайн стремится заразить людей своей любовью к музыке, пытливым интересом к ней.

В 1971 г. к торжественному открытию Центра искусств им. Дж. Кеннеди в Вашингтоне Бернстайн создает Мессу, вызвавшую весьма разноречивые отклики критиков. Многих смущало совмещение традиционных религиозных песнопений с элементами эффектных бродвейских шоу (в исполнении Мессы участвуют танцоры), песенками в стиле джаза и рок—музыки. Так или иначе, здесь проявилась широта музыкальных интересов Бернстайна, его всеядность и полное отсутствие догматизма. Бернстайн не раз бывал в СССР. Во время гастролей 1988 г. (в канун своего 70-летия) он дирижировал Международным оркестром Музыкального фестиваля земли Шлезвиг-Гольштейн (ФРГ), состоящим из молодых музыкантов. «Для меня вообще важно обращение к теме молодежи и общение с нею», — сказал композитор. — «Это одно из самых главных дел в нашей жизни, потому что молодежь — наше будущее. Мне нравится передавать им свои знания и чувства, учить их».

К. Зенкин


Дмитрий Шостакович

Дмитрий Шостакович, чье 110-летие музыкальный мир отмечает в 2016 году, – яркий пример художника ХХ столетия, лучшие произведения которого неотделимы от обстоятельств их создания. Говоря об опере «Леди Макбет Мценского уезда», невозможно обойти статью «Сумбур вместо музыки», из-за которой опера не исполнялась долгие годы и возродилась лишь много позже в новой редакции. Говоря о Четвертой симфонии, невозможно не сказать о том, что ее премьера была отменена и состоялась с опозданием на четверть века. Музыкантов, писателей, поэтов, артистов с трагическими судьбами в тоталитарных государствах ХХ века, увы, немало; и все же судьба Шостаковича – на редкость яркий пример старого, как мир конфликта «художник и власть».

По-видимому, Шостакович – автор симфоний «Октябрю» и «Первомайская», балетов на спортивную, заводскую и колхозную тематику – вполне искренне надеялся быть «заодно с правопорядком» в новом государстве, не претендуя на какую бы то ни было оппозиционность. Однако совесть художника говорила ему о том, что методы, которыми государство укрепляет свою мощь и расправляется с неугодными, полностью противоречат лозунгам, начертанных на его знаменах. Так Шостакович стал автором уникальной музыкальной хроники столетия, хотя едва ли оценивал себя подобным образом. Как пишет музыковед Светлана Савенко, «Гениальный дар художника-пророка сочетался у Шостаковича, по-видимому, с полным отсутствием каких-либо притязаний на подобное предназначение… можно предположить, что творческий гений приносил ему не только радости, но и мучения. Не исключено даже, что как человек он порой страдал оттого, что не мог изменить своему дару – а изменить ему он действительно не был способен, дар был сильнее его человеческой сущности».

Сегодня, хотим мы того или нет, сочинения Шостаковича воспринимаются нами как хроника столетия, в первую очередь его симфонии: Четвертая и Пятая – Большой террор, Седьмая и Восьмая – Великая Отечественная, Девятая – Победа и связанные с ней надежды на либерализацию, Десятая – смерть Сталина, Тринадцатая – оттепель, Четырнадцатая – застой… Между тем, в последние годы всё сильнее тенденция освободить произведения Шостаковича от привычных внемузыкальных смыслов, интерпретировать их как чистую музыку. Вопрос в том, возможно ли это. По мнению Светланы Савенко, музыка Шостаковича «в очень сильной степени воспринимается как речь. Ведь вообще-то уподобление музыки языку, речи – не более чем метафора, поскольку музыка лишена главного свойства речи точных значений-понятий. Однако в отношении творчества Шостаковича эта метафора кажется буквальностью. Его музыка действительно говорит, или, точнее, нам кажется, что она говорит о совершенно определенных вещах. И тот факт, что эти вещи, укорененные в культуре своего времени и места, уже уходят одновременно со сменой поколений, по-видимому, ничего не меняет: будущим слушателям она скажет что-то иное, но, как нам представляется, скажет в любом случае».

Схожую мысль высказывает выдающийся дирижер Дмитрий Китаенко, несколько лет назад записавший полный цикл симфоний Шостаковича: «Почему в них такое количество разных соло? И тромбон, и виолончель, и фагот, и флейта, и кларнет, и контрабас... в стране, где не было открытого слова, где нельзя было говорить, он вложил в каждый инструмент чей-то голос: всё это – люди! Совершенно понятно, почему там или тут звучит кларнет: это голос из далекого города России, откуда-то из глубинки, но здесь он высказывается. Почему в Девятой симфонии фагот рассказывает о трагедии, которая произошла в Хиросиме? Это же написано в 1945 году: такая легкая, веселая симфония, которая искрится юмором, и вдруг появляется этот страшный раздел, где звучат тромбон и соло фагота! А сказать об этом раньше было нельзя. Эти замаскированные, невидимые, но слышимые характеры людей - они в музыке Шостаковича очень слышны».

Говоря от лица стольких безымянных людей, Шостакович не избегал и более прямых высказываний от собственного имени: рядом с пятнадцатью симфониями в его наследии – пятнадцать струнных квартетов. И если симфонии, напрямую адресованные публике, во многом – история страны, то квартеты Шостаковича – история его жизни, личный дневник, разговор с самим собой, автобиография, подлинное Свидетельство. Впрочем, и масштабы иных его квартетов – симфонические, не случайно многие из них исполняются в обработках для камерного оркестра. Пятнадцать квартетов – пятнадцать шедевров: Третий, первая часть которого поражает гениальной красотой и несходством с последующими четырьмя; Двенадцатый, где автор как будто грозит кулаком своим врагам, приговаривая «Уж будьте покойны»; Четвертый, поначалу кажущийся бесконфликтным и завершающийся надрывной еврейской мелодией; не говоря уже про легендарный Восьмой, название которого «Памяти жертв фашизма и войны» было лишь прикрытием для подлинного авторского замысла.

Вот что Шостакович писал об этом своему другу Исааку Гликману: «Дорогой Исаак Давидович... Я вернулся из поездки в Дрезден. Меня там хорошо устроили для создания творческой обстановки. Как я ни пытался выполнить вчерне задания по кинофильму, пока не смог. А вместо этого написал никому не нужный и идейно порочный квартет. Я размышлял о том, что если я когда-нибудь помру, то вряд ли кто напишет произведение, посвященное моей памяти. Поэтому я сам решил написать таковое. Можно было бы на обложке так и написать: «Посвящается памяти автора этого квартета»… Приехавши домой, два раза пытался его сыграть, и опять лил слезы. Но тут уже не только по поводу его псевдотрагедийности, но и по поводу удивления прекрасной цельностью формы. Но, впрочем, тут, возможно, играет роль некоторое самовосхищение, которое, возможно, скоро пройдет и наступит похмелье критического отношения к самому себе». Так даже в контексте, далеком от комического, Шостакович сохранял чувство юмора, наполняющее его музыку в не меньшей степени, нежели чувство исторической и художественной правды.

В репертуаре коллективов и солистов Филармонии Шостакович присутствует постоянно, в нынешнем сезоне приношение его памяти получится особенно масштабным. Первую симфонию Шостаковича и Пять антрактов из оперы «Катерина Измайлова» недавно сыграл Государственный академический симфонический оркестр России под управлением Владимира Юровского, 9 октября в их исполнении прозвучит Восьмая симфония. Десятую симфонию 27 сентября представит Академический симфонический оркестр Московской филармонии под управлением Юрия Симонова. 18 октября Вадим Репин сыграет Первый скрипичный концерт, 16 декабря Павел Милюков исполнит Второй. 7 февраля своей интерпретацией Четвертой симфонии поделится Михаил Плетнев, 16 марта Александр Князев сыграет Второй виолончельный концерт. Двумя сюитами для джаз-оркестра 5 апреля порадует публику Валерий Полянский – и это лишь избранные симфонические концерты. Помимо них, музыка Шостаковича будет постоянно звучать в камерных и фортепианных программах сезона.

Илья Овчинников


Валерий Гаврилин

Валерий Александрович Гаврилин (17 августа 1939, Вологда — 29 января 1999, Санкт-Петербург) — советский и российский композитор, автор симфонических и хоровых произведений, песен, камерной музыки, музыки к кинофильмам. Лауреат Государственной премии СССР (1985), Народный артист РСФСР (1985).

Родился в семье учителей. Отец вскоре после рождения сына погиб на фронте (1942). Жил в селе Перхурьево Кубено-Озерского района Вологодской области, учился в школе в селе Воздвиженье (через дорогу) до 1950 г. Мать была репрессирована, и ребёнок попал в детский дом в Октябрьском районе Вологды, учился в средней мужской школе № 9, занимался в хоре, играл в оркестре народных инструментов, учился на фортепиано под руководством Т. Д. Томашевской и пробовал сочинять. Закончив 7 классов средней школы поступил в Вологодское музыкальное училище на дирижёрско-хоровое отделение. В это время в училище работала Государственная экзаменационная комиссия, возглавляемая доцентом Ленинградской консерватории И. М. Белоземцевым, который его прослушал и рекомендовал к поступлению в Ленинградскую Специальную музыкальную школу-десятилетку при консерватории. В 1953 году был принят в эту школу в класс кларнета (педагог М. А. Юшкевич) в 7-й класс и сразу же стал заниматься композицией у С. Я. Вольфензона и игрой на фортепиано у Е. С. Гугель.

В 1958 поступил в консерваторию, которую окончил в 1964 году по специальности музыковеда-фольклориста (руководитель — профессор Феодосий Рубцов) и по классу композиции профессора Ореста Евлахова. У него же, после окончания консерватории Гаврилин занимался в аспирантуре. С 1964 вел класс композиции в Музыкальном училище при Ленинградской консерватории. С 1965 года — член Союза композиторов. В 1967 году присуждена Государственная премия РСФСР им. Глинки. В 1979 году присвоено звание Заслуженного деятеля искусств РСФСР. В 1985 году присвоено звание Народного артиста РСФСР и присуждена Государственная премия СССР за хоровую симфонию-действо «Перезвоны».

Арам Хачатурян

Один из самых известных композиторов ХХ века, А.И. Хачатурян вместе с С.С. Прокофьевым и Д.Д. Шостаковичем вошел в блистательную триаду композиторов, ставших гордостью отечественной музыки ХХ века и определивших на многие годы ее облик. Творчество выдающегося мастера обогатило современную композиторскую школу новыми образами, стилевыми элементами, средствами музыкальной выразительности.

Одаренность Хачатуряна была феноменальной. Он родился 6 июня 1903 года в семье переплетчика в Коджори, предместье Тифлиса (Тбилиси того времени был самым «интернациональным» городом с развитой музыкальной культурой). До 19 лет не занимался профессионально музыкой. Будущий композитор учился сначала в русском частном пансионе С.В. Аргутинской-Долгоруковой (в разное время его окончило немало видных деятелей армянской и грузинской культуры), затем в Коммерческом училище Тифлиса. Пел в хоре, играл на трубе в духовом оркестре, сам научился играть на фортепиано и вскоре прослыл среди друзей и родных пианистом. В Москву приехал в 1921-м, обучался на биологическом отделении физико-математического факультета Московского университета и одновременно поступил в Музыкальный техникум имени Гнесиных в класс виолончели С.Ф. Бычкова, а затем к профессору А.А. Борисяку. За короткий срок Хачатурян не только наверстал упущенное, но и выдвинулся в число лучших учеников. В 1925 году в техникуме был открыт класс композиции и Хачатурян стал одним из первых учеников М.Ф. Гнесина. Блестящую европейскую выучку будущий композитор получил в консерватории (1929–1934) и аспирантуре (1936). Молодой музыкант занимался под руководством Р.М. Глиэра и С.Н. Василенко (инструментовка), Н.Я. Мясковского (сочинение).

Благодаря старшему брату Сурену Ильичу Хачатурову (режиссёру 1-й Студии МХТ, создателю Армянской драматической студии), Хачатурян познакомился с Е.Б. Вахтанговым, М.А. Чеховым, слушал игру пианистов К.Н. Игумнова, Н.А. Орлова, посещал студию художника П.П. Кончаловского. Знакомство в Москве с композитором А.А. Спендиаровым, который поддержал молодого Хачатуряна, встречи с дирижёром К.С. Сараджевым, участниками квартета имени Комитаса скрипачом А.К. Габриэляном и виолончелистом С.З. Асламазяном сыграли значительную роль в раскрытии национально самобытных черт в творчестве Хачатуряна. Еще в 20-е годы, находясь уже в Москве, музыкант старался быть ближе к «родным корням»: пел в хоре армянской церкви, некоторое время был заведующим музыкальной частью 2-й Армянской драматической студии при московском ДК Советской Армении, где был поставлен ряд драматических спектаклей с его музыкой.

Музыкальный язык композитора синтезировал великие традиции европейской и русской классики и многовековую культуру армянского (шире – восточного) народа. Органичное слияние разных культур и миров стало стилевым признаком музыки Хачатуряна. Этот сплав охватил все параметры музыкальной речи композитора. В его мелосе соединились многовековые традиции армянской монодии и культура европейской кантилены и русской песенности. В композиционных формах произошло сближение жанровых и структурных закономерностей, сложившихся в восточной и европейской музыке. Элементы восточного инструментария и образности слышны в оркестровке произведений. «Пиршество звуков», «рубенсовская сытность оркестровой палитры», – так характеризовал колористичность музыки Хачатуряна академик Б.Асафьев.

Искусство Хачатуряна, глубоко самобытное и национальное, часто сравнивают с живописью Мартироса Сарьяна. «Солнечные», жизнеутверждающие полотна, яркая и декоративная манера письма этого художника перекликаются с лучезарной музыкой композитора, с его многоцветными, ослепительно праздничными оркестровыми красками.

Стилю Хачатуряна свойственны яркая театральность, зримость, живописность, пластичность, склонность к «крупному штриху». Его музыкальные образы полны жизни, движения, они конкретны и осязаемы. Недаром в его творчестве большое место отведено сценическим жанрам – балетам, музыке к спектаклям и кино.

Творческая жизнь Хачатуряна протекала в условиях борьбы и смен направлений в искусстве, появления различных школ, стилей, систем. На памяти его были годы всеобщего увлечения Скрябиным, импрессионистами, молодым Стравинским, Прокофьевым и Шостаковичем, появление музыкального урбанизма, конструктивизма, экспрессионизма, «нововенской школы», неоклассицизма, авангардистских течений. Мимо его сознания не проходило ни одно из явлений культуры ХХ века. В этих условиях он сумел сохранить непреходящую ценность мелодического начала и опору на тональную систему.

Хачатуряна можно, безусловно, причислить к гуманистам ХХ века. Его герой – человек современности, но человек глубоко чувствующий и озаренный мечтой. Его музыка проникнута всепоглощающим лирическим чувством и вместе с тем по-восточному горделивой сдержанностью.

Популярность музыки А.И. Хачатуряна громадна, а его «Танец с саблями» из балета «Гаянэ» – одно из самых исполняемых произведений нашего времени. Уже ранние сочинения Хачатуряна, такие как Трио для кларнета, скрипки и фортепиано (1932) и Первая симфония (1934), сразу обнаружили необычайно яркое дарование композитора и особенности его композиторского почерка.

Мировую известность композитору принесла знаменитая триада инструментальных концертов – для фортепиано (1936), для скрипки (1940) и для виолончели (1946). В репертуар десятков виднейших исполнителей вошла и триада концертов-рапсодий для скрипки (1961), виолончели (1963) и фортепиано (1968). Балеты «Гаянэ» и «Спартак» составили целую эпоху в хореографии ХХ века. Крупным достижением стала Вторая симфония (1943), посвященная событиям Великой Отечественной войны. Неотъемлемой частью творческой деятельности Xачатуряна была работа в области музыки для театра и кино (к спектаклям «Маскарад» Лермонтова, «Валенсианская вдова» Лопе де Веги, к фильмам «Пэпо», «Зангезур» и др.). Он является также автором массовых песен и музыки Государственного гимна Армянской ССР (1944). В 1947 году после исполнения Третьей симфонии-поэмы для оркестра, органа и 15 труб, посвящённой 30-летию Октябрьской революции, композитор, как и большинство крупнейших советских композиторов того времени, подвергся официальной критике и обвинению в «антинародном формализме».

Многогранный талант Хачатуряна проявился в его чрезвычайно разносторонней деятельности. В возрасте 47 лет он становится за пульт и дирижирует своими произведениями в разных городах Советского Союза, на концертных эстрадах многих стран мира.

Много сил отдавал музыкант педагогике: с 1950 года Хачатурян преподавал композицию в Музыкально-педагогическом институте имени Гнесиных, а с 1951 он профессор Московской консерватории. Среди его учеников – А. Эшпай, М. Таривердиев, Р. Бойко, И. Якушенко, Э. Оганесян, Н. Габуния, А. Виеру и другие известные композиторы.

Разнообразной была и общественная работа композитора. В 1939-48 годы он был заместителем председателя, а в 1957-78 – секретарем Союза композиторов. Кроме этого он плодотворно работал как член Всемирного и Советского комитета защиты мира, президент Советской ассоциации дружбы и культурного сотрудничества со странами Латинской Америки и многих других.

За высокие заслуги в развитии отечественной культуры А.Хачатурян был удостоен почетных званий: Героя Социалистического Труда (1973), Народного артиста СССР (1954), лауреата Ленинской (1959), пяти Государственных премий СССР (1941, 1943, 1946, 1950, 1971), Армянской ССР (1965), члена Академии наук Армянской ССР. Высоко оценили деятельность композитора и зарубежные художественные организации. Он был избран почетным академиком «Санта Чечилии» в Риме, почетным профессором Мексиканской консерватории, членом-корреспондентом Академии искусств ГДР и т.д.