Теория невероятности
По одноименной пьесе М. Анчарова.
Из книги Василия Кожевникова «Михаил Леонидович Анчаров как мой любимый автор, или Одно не очень предвзятое мнение с прологом и эпилогом, а приложение отдельно»:
<…> «Небольшого формата томик с легким, в одну ниточку, женским профилем на черной обложке. «Теория невероятности» — так называлась книга. И оказалась она не просто интересной, а еще и необычной. Причем с первых строк до самого конца: «Этой весной у меня наступила пора любви. Я совсем юный. Мне сорок лет». — «До свидания, друг. До встречи на холсте. Ведь творчество — это всегда воспоминание о будущем».
Мне страшно понравилось. Потому что я был уже почти старшеклассником и начинал догадываться: если книга берет за душу, значит — хорошая книга. Нет — нет. А чем сильнее берет — тем она лучше. Эта — брала. Конечно, я не мог не перечесть ее. И перечитывал… едва ли не каждый год». <…>
«Несколько слов о песнях одного художника, который заполнял ими паузы между рисованием картин и сочинением повестей»
Всеволод Ревич, альманах «Мир Высоцкого: исследования и материалы» (1997 г.):
<…> «Основные черты лирического героя анчаровской лирики полностью перешли уже не в лирических, а в настоящих героев его прозы. В первую очередь в самых любимых, таких как Гошка Панфилов — Памфилий, да и во всех остальных тоже. Когда я впервые читал повесть Анчарова «Теория невероятности», то удивлялся, откуда мне так хорошо известны ее действующие лица, я заранее знал, как они поступят в той или иной ситуации и чем вся история закончится. Потом понял: из песен. Проза, конечно, заземляет взвихренные поэтические декларации, в ней нельзя ненавидеть мещанина вообще, а только конкретного дяденьку с постоянной пропиской, там нельзя любить чернооких красавиц вообще, а надо реагировать на женщин с именем и фамилией, там недостаточно заявления, что нам-де все по плечу, а требуется доказать это. И герои Анчарова доказывают». <…>
«О новом и старом в отечественной литературе, советское и постсоветское»
Антон Тюкин (2010 г.):
<…> «…Замечательный телеспектакль по книге «Теория невероятности». Пьеса эта игралась в Московском театре имени М.Н. Ермоловой, в тысяча девятьсот семьдесят втором году. Поставил ее режиссер Яков Губенко. В этом давнем спектакле играли неплохие столичные актеры — Владимир Андреев, Татьяна Говорова, Лев Любецкий, Юрий Блащук, Валерий Еремичев, Валерия Разинкова, Юрий Волков, Евгений Марголин.
C огромным удовольствием посмотрел первую часть спектакля (представлена только первая часть)… И… казалось — бы — все хорошо… Перед нами прошла хорошая, добрая, глубоко лирическая пьеса… Да вот и зрительские отзывы о ней. Вот пишет женщина. Читаем:
— Возвращаешься в старину… Когда о чувствах говорили. Когда не показывали типовое свидание, а говорили… Сегодня понимаешь, что такое невозможно, потому что человеческое и нежное приходится скрывать… А что касается Мити (это главный отрицательный герой спектакля, скажу для тех, кто «не в курсе»), то таких теперь большинство. «Гнуть» из себя умеют, а для других — ни фига… Спасибо за спектакль…
Или вот еще запись:
— Нас осталось мало, мы да наша боль…
Автор записи вспомнил пришедшую ему на память замечательную строчку Булата Окуджавы. Строчку из песни о военном поколении, таком, как сам Анчаров, и к которому принадлежит главный герой этого спектакля Алексей… Вот ведь какие хорошие отзывы на давнюю театральную работу режиссера Якова Губенко мы только что прочли… Да и в самом деле — и пьеса замечательная, и спектакль был в давнем семьдесят втором сыгран довольно хорошо. И телевизионная картинка, хоть и черно-белая — тоже вполне себе ничего. Значит, и кино — телеоператор/операторы старались. Тоже, значит, были мастера…». <…>
