Если бы поручили выбрать героя-художника для большого кино, то Михаил Александрович Врубель был бы первым, о ком я подумала. Его судьба, «драма в трёх актах», его жизнь, его любовь, его искусство… так похожи на шедевр мастера, о котором Михаил Александрович говорил: «Я пишу Демона… полуобнажённая, крылатая, молодая уныло-задумчивая фигура сидит, обняв колена, на фоне заката и смотрит на цветущую поляну, с которой ей протягиваются ветви, гнущиеся под цветами».
Образы созданные им, его символизм, широко распахнутые глаза его моделей, мощные врубелевские панно, керамика, графика, и, конечно, Демоны Врубеля. Демоны этого воробушка, который и ходить-то начал лишь в три года, но так творил своё искусство, что и сейчас мы соглашаемся с комментарием его современника А.Я. Головина: «Всё, что бы ни сделал Врубель, было классически хорошо… И вот смотришь, бывало, на его эскизы, на какой-нибудь кувшинчик, вазу, голову негритянки — и чувствуешь, что здесь „всё на месте“, что тут ничего нельзя переделать. Это и есть… признак классичности».
Приглашаем на лекцию Надежды Маценко из авторского цикла «Живые художники»!
