Республика Карелия, Пудожский район, деревня...
Народное исполнительство

Сказочная традиция деревни Семеново Пудожского района Республики Карелия

Этнос:
Русские
Конфессия:
Православие
Язык:
Русский, пудожский говор северного наречия

Деревня Семеново относится к числу наиболее крупных населенных пунктов Пудожского района Карелии. Именно здесь собирателям удалось записать большое количество сказок. Впервые они были зафиксированы в 1937 году от известных сказителей, знатоков былин Федора Андреевича Конашкова (1860–1941) и Анны Михайловны Пашковой (1866–1948). В следующем, 1938 году сказочные тексты сообщили еще несколько жительниц деревни: Пелагея Назаровна Денисова, Евдокия Николаевна Неркина, Ирина Павловна Савинкова, а Александра Тимофеевна Конашкова тогда же предоставила собственноручную запись одного сказочного варианта. В 1939 году удалось записать сказки в исполнении Екатерины Семеновны Журавлевой. Сказочные произведения А.М. Пашковой фиксировались также в 1940 и 1945 годы. Наконец, в 1972 году сказки рассказали Аграфена Матвеевна Пустошкина, Анна Ильинична Репина, Клавдия Ефимовна Тарасова и Меланья Ивановна Шевцова. К сожалению, в экспедициях осуществлялась только рукописная запись сказок; звукозаписей сказочной традиции деревни Семеново не существует.

В материалах собирателей содержится много сведений, касающихся биографий исполнителей, с которыми они встречались в 1930-е – 1940-е годы; значительная часть этих материалов была позже опубликована в книге «Носители фольклорных традиций (Пудожский район Карелии)» [см. Библиографию №2].

Краткие заметки о некоторых сказочниках деревни Семеново содержатся также в сборнике «Русские народные сказки Пудожского края» [см. Библиографию №4]. В частности, сообщается, что Екатерина Семеновна Журавлева «родилась в д. Колтоноговская бывшего Семеновского общества Пудожского уезда. Известна как талантливая исполнительница многих традиционных жанров фольклора. В 1939 году от нее записаны былины, похоронные и свадебные плачи, старинные песни, духовные стихи, частушки, пословицы. Собиратели отмечали ее способности к творческой выдумке. Е.С. Журавлева проявила себя как составительница новых произведений, с ними она выступала в своем поселке» [См. Библиографию №4, с. 346].

Ирина Павловна Савинкова родилась в д. Маткожа, замуж вышла в с. Семеново, что на реке Шале (Водле). Тридцати шести лет овдовела, на руках осталось три дочери. Жили в нужде: «Не ела сладко, да и носила тоски. Часто и без ужина ложилась», — вспоминала И.П. Савинкова. Сказки слышала от нищих, цыган, бабушек, а потом сама рассказывала детям и на вечерках девушкам: «Я скажу сказку, а мне на отместку друга девушка скажет. Как скажу сказку, так от них не отобьешься. Сказки все помню с девичества». От И.П. Савинковой записаны загадки, заговоры, заклинания, а также духовные стихи и былины, усвоенные ею от матери.

Федор Андреевич Конашков, известный как талантливый исполнитель былин, родился в 1860 году в деревне Семеново. Искусство сказывания былин в семье Конашковых переходило из поколения в поколение. Сказителями, от которых Федор Андреевич перенял былины, были его отец и дядя Василий Степанович. От Ф.А. Конашкова было записано много бывальщин, духовных стихов и несколько сказок.

Анна Михайловна Пашкова вошла в историю фольклористики «как талантливая вопленица и исполнительница былин. Записанные от нее сказки представляют не меньший интерес. Анна Михайловна родилась в д. Ярчево бывшей Нигижемской волости в 1866 году. Былины, причитания и сказки усвоила в основном в родной деревне, где жила до замужества. Своими учителями, от которых она переняла исполнительское мастерство, называет свою тетку — Ксению, старика из Ярчево — Илью Зубова, коробейника Данилу. После замужества жила в д. Семеново, где усвоила много фольклорных текстов от нищего — Абросима Куплянского. Муж А. М. Пашковой, по-видимому, не любил произведения устного народного творчества и не разрешал, как она говорила, «баловаться». Сказывать Анна Михайловна предпочитала для небольшого круга людей, собиравшихся на посиделки: «Сидишь, сидишь, да задремлешь за прялкой, и начнешь рассказывать». Весь известный репертуар записан от нее в 1939–1940 годах. В 1939 году А.М. Пашкова была принята в члены Союза писателей СССР» [см. Библиографию №4, с. 348].

Сказочная традиция деревни Семеново представлена текстами всех жанровых разновидностей. Немногочисленны записи сказок о животных, принадлежащие к популярным сюжетным типам Лубяная и ледяная хата; Кот, петух и лиса; Медведь на липовой ноге; Коза луплена; Лиса и дрозд (соловей). Отдельные сюжетные типы сказок о животных встречаются в репертуаре нескольких исполнителей. Так, сказки, представляющие собой контаминацию (объединение) сюжетов «За скалочку — гусочку» и Звери в санях у лисы (старушки), были записаны от А.М. Пашковой в 1940 году и от И.П. Савинковой в 1938 году. От них же в те же годы удалось записать тексты, объединяющие сюжетные типы Звери в яме; Звери бегут от кончины мира (войны) и Пожирание собственных внутренностей. В 1937 году Ф.А. Конашков, а в 1940 году А.М. Пашкова сообщили собирателям сказки с сюжетом Ерш Ершович. Ниже приводится текст сказки, рассказанной Ф.А. Конашковым.

«Ершишка-плутишка, худа головишка, слюноватый нос, хореватый хвост, на ерше кожа, как еловая кора. Собрался ершишка со своею женой, с детишками по вербовые дровнишки. Сели и поехал со своего Корбозерского озера в Ростовкую реку, с Ростовской реки в Ростовское озеро. В Ростовском озере разжился, расплодился. Сыновей женил, дочерей замуж выдал, лещей — жильцов ростовских — разогнал по мхам, по болотам, по тухлым местам.

Лещи, жильцы ростовские, по три года хлеба-соли не едали, светлой воды не пивали, с голоду помирали. Остальные стали вместе собираться, думать, гадать: надо, ребята, на ерша прошение подать.

Думали, гадали, гербовый лист написали, в судебное место отослали, к палтус-матушке рыбе.

— Палтус-матушка рыба! Суди ты нас с ершом, разбери наше заявленьице.

Палтус-рыба собрала рыб крупных и мелких. И стали думать, гадать, кого за ершом послать.

Думали, гадали и рыб разбирали, избрали рыбу-треску:

— Тресчина, плыви и ерша в суд веди.

Тресчина и поплыла. К ершу приплыла:

— Ершишка-плутишка! Палтус-рыба велела тебя в суд вести!

Ерш расширил свои рупачи [колючки], к тресчине повернулся и говорит:

— Рыбу-треску порют и полощут по песку!

Тресчине стыдно стало и назад приплыла к палтус-рыбе.

Палтус-рыба говорит:

— Что ерш сказал?

— Ерш сказал, что рыбу-треску порют и полощут по песку. Мне стыдно стало.

Палтус-рыба говорит:

— Ну, кого же пошлем за ершом?

— Пошлем налима нашего. Поймай ерша, в суд веди.

Налим приплыл к ершу и говорит:

– Ершишка-плутишка! Палтус-рыба велела тебя в суд вести!

Ерш расширил свои рупачи и говорит налиму-меньку:

— У менька губы толсты, зубы редки.

Меньку стыдно стало, и поплыл он назад.

Палтус-рыба спрашивает:

— Что ерш сказал?

— А я приплыл да сказал: «Ершишка-плутишка, тебя палтус-рыба в суд звала». А ершишка расширил свои рупачи и говорит: «У менька губы толсты, зубы редки». Так мне стыдно стало, я и приплыл.

Палтус-рыба говорит:

— Ну, кого же пошлем? Пошлем харьюса. У харьюса губки тоненькие, платьице беленькое, походочка господская, разговорушки московские.

— Харьюс, плыви и ерша в суд веди!

Харьюс поплыл и к ершу приплыл. И ершу и говорит:

— Ершишка-плутишка, нельзя ли будет в суд? Палтус-рыба просила вас в суд!

— Ох, харьюсок, я люблю тебя: у тебя губки тоненькие, платьице беленькое, походочка господская, разговорушки московские. Ну, пойдем!

Харьюс впереди плывет, а ерш вслед за ним.

И приплыл ерш к палтус-матушке рыье. Палтус-рыба ерша и уговаривает:

— Ершишка-плутишка, послушай ты меня: лещи, жильцы ростовские, жалуются на тебя. Возвратись ты в свое Корбозерское озеро.

Ерш думал, думал:

— Ну, палтус-рыба, тебя надо будет послушаться, а их бы и не послушал.

Да приплыл ершишка ко своей жене, к детишкам, да сложился ершишка со своей женой, с детишками на вербовые дровнишки, да поехал ершишка со своей женой, с детишками на вербовых дровнишках с Ростовского озера в Ростовскую реку, с Ростовской реки в Корбозерское озеро.

В Корбозерском озере разжился, расплодился.

Начали ловцы ловить, из ершей уху варить.

Какова, ребята, рыба, а уха хороша!

Моя сказка вся» [см. Библиографию №3, с. 59–61].

Кумулятивные сказки, персонажами которых оказываются домашние птицы, были записаны от А.М. Пашковой в 1940 году и от И.П. Савинковой в 1938 году (сюжет Смерть петушка). Тексты подобного типа были рассказаны в 1939 году Е.С. Журавлевой и в 1938 году И.П. Савинковой (Глиняный Иванушка (Пыхтелка).

Больше всего в Семеново были распространены волшебные сказки, отдельные сюжетные типы которых встречаются у разных исполнителей. Так, от Ф.А. Конашкова в 1937 году и от К.Е. Тарасовой в 1972 году были записаны сказки с сюжетами Сивко-Бурко. Сказки с вариантами сюжета Безручка сообщили собирателям И.П. Савинкова в 1938 году и А.М. Пустошкина в 1972 году. В первом случае сюжет объединен с типом Волшебное зеркальце (Мертвая царевна), а во втором он предваряется сюжетом Чудесные дети. От тех же исполнительниц были зафиксированы сказки, относящиеся к сюжетному типу Чудесные дары. Тексты сказки Петух (мальчик с пальчик) и жерновцы рассказали А.М. Пашкова в 1937 году и И.П. Савинкова в 1938 году. От К.Е. Тарасовой в 1972 году была записана волшебная сказка, объединяющая сюжетные типы Муж-рак (лягушка, жаба, уж, змей, червячок) и Амур и Психея.

Помимо ранее названных, в репертуаре А.М. Пашковой представлен еще ряд текстов волшебно-сказочного содержания: сказка «Строй» (объединяющая сюжеты Подмененная жена и Мать-рысь и фиксировалась дважды (в 1937 и 1940 годах); сказка «Водяник и лесовик» (сюжетный тип Волшебное кольцо); наконец, еще в одной сказке этой исполнительницы соединены сюжеты Деревянный орел (голубь) и Царь и купеческая дочь.

Наибольшее количество волшебных сказок (около двадцати) сообщила собирателям И.П. Савинкова. Кроме отмеченных выше, в ее репертуар входят сюжеты Два брата; Победитель змея; Девушка, встающая из гроба; Медведь (леший, чародей, разбойник) и три сестры; Бегство от ведьмы (железного волка, чародея и др.); Смерть кума; Солдат (кузнец) и черт (Смерть); Царевна-лягушка; Царская собака (Сиди-Науман); Братец и сестрица; Мачеха и падчерица; Благодарный мертвец; Золушка; Свиной чехол; Животные-зятья; Чудесная птица; «По щучьему велению»; Горе (Нужда). Некоторые сказки исполнительницы восходят к книжным источникам (например, один из текстов является пересказом «Диких лебедей» Г.-Х. Андерсена, другой чрезвычайно похож на «Лампу Аладдина»).

Сказки-легенды в Семеново были записаны от той же И.П. Савинковой (Кафтан с золотом) и от А.М. Пашковой (Золотое стремечко).

И.П. Савинкова сообщила собирательнице Е.А. Беловановой несколько новеллистических сказок, относящихся к сюжетным типам Семилетка (мудрая девушка); Три добрых совета; Дядя и племянник. От нее же были записаны сказки, повествующие о состязании с чертом (Кто раскусит камень; Железный человек (котел) и черт; Шляпа (мешок) денег). Вариант сказки об одураченном черте редчайшего сюжетного типа (Черт тащит мнимого мертвеца) рассказал Ф.А. Конашков в 1937 году.

Наконец, в Семеново бытовали и сказки анекдотического содержания. Подобные тексты были записаны здесь почти от всех исполнителей: П.Н. Денисовой (Любовник в виде черта; Прихожане жалуются), Е.С. Журавлевой (Волк (медведь) в упряжке в контаминации с сюжетом Шляпа (мешок) денег), Ф.А. Конашкова (Муж в мешке и притворно больная жена), Е.П. Неркиной (Прихожане подражают попу), А.М. Пашковой (Разбойники в часовне), А.М. Пустошкиной (Жена (муж) не узнает себя; С того света выходец), И.П. Савинковой (Неверная жена и муж, притворившийся ослепшим (Николай Дупленский) в контаминации с сюжетом Мертвое тело; Бабьи увертки; Воры и их ученик), М.И. Шевцовой (Дурак женится). Некоторые сюжетные типы были зафиксированы от нескольких исполнителей: Ловкий вор от А.Т. Конашковой (собственноручная запись) и И.П. Савинковой в 1938 году; от А.М. Пашковой в 1937 году; Чистота, красота, высота от И.П. Савинковой в 1938 году и Е.С. Журавлевой в 1939 году; Знахарь от И.П. Савинковой в 1938 году и А.И. Репиной в 1972 году. Многие из сказок-анекдотов отмечены антицерковными настроениями. И.П. Савинкова сообщила «Небылицу», объединяющую сюжетные типы Огонь в обмен на небылицы; Переправа через море; На боках лошади вырастает верба (дубы, гречка, овес); Волк (медведь) вытаскивает человека из болота.

Лишь небольшая часть указанных текстов была опубликована. В конце 1930-х годов сотрудник КНИИК А. В. Белованова занималась подготовкой сборника «Фольклор деревни Семеново (Пудожский район)» [см. Библиографию №1], куда должны были войти и сказки. В научно-популярном сборнике «Перстенек — двенадцать ставешков», подготовленном К.В. Чистовым [см. Библиографию №3] опубликованы две сказки, записанные в Семеново от А.М. Пашковой («Строй») и от И.П. Савинковой («Иван-княженецкий сын»). Девять сказок И.П. Савинковой, шесть сказок А.М. Пашковой и одна сказка Е.С. Журавлевой напечатаны на страницах сборника «Русские народные сказки Пудожского края», составителями которого выступили А.П. Разумова и Т.И. Сенькина [см. Библиографию №4, с. 222–272, №№ 35–50].