Центр Вознесенского представляет выставку-мистификацию «Король шутов и дураков»

Как персонаж Тиль Уленшпигель веками служил зеркалом общества: высмеивал авторитеты, подрывал пафос, превращал серьезное в игру, и наоборот. Его присутствие можно обнаружить и в европейском средневековом фольклоре, и в книжной культуре эпохи Возрождения, и в работах североевропейских мастеров (Питера Брейгеля Старшего, Рембрандта Харменса ван Рейна, Ханса Зебальда Бехама, Альбрехта Дюрера), и в утонченной культуре раннего модерна, и в народной ярмарочной традиции.

Кураторы проекта Сергей Хачатуров и Дмитрий Хворостов собрали экспозицию как «пародийную монографию». Зрители попадут внутрь сложного механизма смеховой культуры, где гравюры XVI века соседствуют с телевизионными помехами 1990-х годов, а философия — с анекдотом.

В первой части выставки посетителя увидят Уленшпигеля в его древнейших воплощениях: в вихре античных сатурналий и средневековых праздников, в плутовских романах и площадной культуре позднего Средневековья. Здесь будут представлены первые издания шванок, графика и живопись мастеров, сформировавших раннюю традицию образа шута: Питера Брейгеля Старшего, Якоба Йорданса, Хендрика Гольциуса и других.

Раздел «Spiegel — Spiel» показывает, как в Средневековье и в Новое время были устроены механизмы смеха, игры и пародии. В это время Уленшпигель стал зеркалом мира и сам попал в зеркало различных художественных традиций. Например, Рембрандт, один из ключевых героев раздела, примерял маску этого героя как способ испытать собственную «протейную» природу. В экспозиции также представлены инструменты шутовского перевоплощения и визуальные аллюзии на темпераменты, которые определяют творческие идентичности разных художников.

Часть «Костер» раскрывает, как благодаря бельгийскому писателю Шарлю де Костеру Уленшпигель стал героем эпохи революций, символом борьбы и романтического сопротивления. Автор редуцировал его отрицательные, трикстерские, равнодушные к добру и злу черты ради создания образа нового Робин Гуда, борца за справедливость, защитника униженных и угнетенных, героя движения за освобождения Нидерландов от испанского ига. Раздел включает видеомы Андрея Вознесенского, а также издания романа де Костера и советские иллюстрации Алексея Кравченко, Леонида Зусмана и Евгения Кибрика — художников, которые создали канонический образ Тиля для нескольких поколений читателей.

Последний раздел выставки — «Тилевидение» — посвящен тому, как советский постмодернизм вернул загнанному во временные и смысловые рамки Тилю Уленшпигелю азарт, иронию и самоиронию, быстроту перевоплощений и подлинную протейность. Именно эта новая ухмылка пересмешника определила бытование персонажа в телевизионном и медийном мире. Герои медийной культуры оттепели и перестройки — Григорий Горин, Марк Захаров, Андрей Вознесенский, Тимур Новиков, Сергей Курехин — стали архитекторами этого «тилемира» финальной главы. Раздел показывает, как Тиль Уленшпигель из персонажа книг превратился в метод, способ художественного действия, который взрывает привычные границы жанров, смыслов и институций.