Гранатовый браслет
Каталог фильмов

Гранатовый браслет

Год выхода:
1964
Страна производитель:
СССР
Длительность:
91 мин.
Жанр:
Драма
В ролях:
Ариадна Шенгелая
, Олег Басилашвили,
Игорь Озеров
,
Наталья Малявина
,
Юрий Аверин
, Владислав Стржельчик
Режиссёр:
Абрам Роом

Одна из самых трогательных и печальных историй возвышенной и неразделенной любви мелкого чиновника к молодой светской даме (по одноименному рассказу Александра Куприна «Гранатовый браслет»). В ее основу был положен реальный случай, о котором довелось узнать писателю.

Людмила Мисайлиди «Гранатовый браслет»

Есть литературные сюжеты, образы, которые обрастают легендами. К ним относится и знаменитый «Гранатовый браслет» Куприна, описанный в рассказе так дивно и непосредственно, что у читателя невольно возникает уверенность в его реальном существовании. Это и породило разнообразные устные легенды о браслете, отголосок которых можно найти в статье Никиты Богословского «Три версии».

Неистощимый на выдумки композитор мистифицировал читателя, предложив ему несколько версий бытования «Гранатового браслета». Одна из версий — это рассказ о том, как в 30-е годы в Париже к известному коллекционеру Б. А. Ратуру пришел человек и предложил приобрести гранатовый браслет, принадлежавший его отцу, в прошлом чиновнику почтового ведомства. Незнакомец уверял, что фамилия отца Желтый и что он был описан Куприным в знаменитом рассказе «Гранатовый браслет» под фамилией Желтков. Поразительно, но браслет как две капли воды был похож на браслет из рассказа Куприна. Однако Ратур ничему не поверил и браслет продал. Эта история была Богословским выдумана, но рассказана так мастерски, что представляется не менее достоверной, чем самый правдивый рассказ.

Для нас интересным здесь является именно то, чему Ратур не поверил: в основе сюжета купринского рассказа действительно лежит реальная история.

Первое упоминание о ней находим в письме Куприна к своему другу, редактору журнала «Мир Божий» Федору Батюшкову, от 15 октября 1910 года. «Это, помнишь? — печальная история маленького телеграфного чиновника П. П. Желтикова, который был так безнадежно, трогательно и самоотверженно влюблен в жену Любимова (Д.Н. — теперь губернатора в Больно)». Здесь необходимы некоторые уточнения. Настоящее имя чиновника — П. П. Желтый (вспомните фамилию человека, который принес Б. А. Ратуру в Париже браслет). Жена Любимова Людмила, урожденная Туган-Барановская, послужила прототипом главной героини рассказа, княгини Веры Шеиной. Собственно, все участники этой действительной истории стали и героями рассказа Куприна. Людмила Любимова приходилась родственницей первой жене писателя Марии Куприной-Иорданской, сестра которой Лидия была замужем за братом Людмилы Любимовой, известным профессором Михаилом Туган-Барановским. В доме Любимовых Куприны бывали, поэтому история этого «романа» была им хорошо известна. Куприна-Иорданская подробно описала ее в своих воспоминаниях «Годы молодости». Другой мемуарист, сын Любимовых, известный журналист Лев Любимов, дополнил ее рассказ некоторыми существенными деталями в своей книге «На чужбине».

В изложении мемуаристов роман бедного чиновника П. П. Желтого носил скорее пародийный, юмористический характер — так воспринимали его в семье Любимовых и их ближайшем окружении. Бедный П.П.Ж. всюду следовал за Людмилой Любимовой и писал ей страстные письма. Одно из них приводит в своих воспоминаниях Л. Д. Любимов: «О, гордая и беспощадная Лима! Идешь ты сегодня по Литейному, а я тебе навстречу. Ты видишь меня, но даже бровью не поведешь! Смотришь на меня и не догадываешься, что это тот, письма которого ты каждое утро читаешь за кофеем со сливками… Как ты коварна и бесчеловечна».

По воспоминаниям Куприной-Иорданской, в доме Любимовых был альбом, который показывали гостям, в том числе и Куприным. В альбоме была представлена история П.П.Ж. с цитатами из его писем, с забавными рисунками, иллюстрирующими этот «роман». Хозяин дома Дмитрий Любимов — человек остроумный, блестящий рассказчик — выступал в роли комментатора. Вспомним, что подобный домашний альбом был и у Шеиных в рассказе Куприна, где в картинках была представлена повесть «Княгиня Вера и влюбленный телеграфист».

И, наконец, оба мемуариста рассказывают о браслете, который был прислан в подарок Людмиле Любимовой. В воспоминаниях Льва Любимова — это «гранатовый браслет» (об этом рассказывала ему мать). Куприна-Иорданская пишет о другом браслете, который, судя по описанию, она видела сама: «В прошлом году, в первый день Пасхи, рано утром горничная принесла Миле письмо и небольшой макет. В нем оказалась коробочка, в которой на розовой вате лежал аляповатый браслет — толстая позолоченная цепочка, и к ней подвешено было маленькое красное эмалевое яичко с выгравированными словами: «Христос Воскресе, дорогая Лима. П.П.Ж.».

И вот еще что. Мария Куприна-Иорданская рассказывает в своих воспоминаниях, что среди вещей, доставшихся ей по наследству от матери, был гранатовый браслет. Но существовал еще один браслет — прообраз знаменитого — серебряный браслет, принадлежавший ее покойной тетке, рязанской помещице. Наружная сторона браслета была сплошь покрыта мелкими гранатами, но посередине было несколько крупных камней. Мария Куприна-Иорданская вспоминает о том, что браслет «очень нравился Александру Куприну (к драгоценным камням он чувствовал особенное пристрастие)».

Когда Куприна-Иорданская писала воспоминания, браслет был уже подарен ею известному журналисту Василию Регинину — близкому другу Куприна и самой Марии Куприной-Иорданской. Следующей владелицей реликвии стала дочь Регинина — Кира, согласно завещанию которой браслет был передан в Пушкинский дом ее душеприказчицей Ниной Романовой.

Как же выглядит сейчас эта реликвия? Браслет имеет овальную форму, гранаты довольно грубой огранки от мелких до крупных, образующих розетку. Некоторые из крупных камней ныне частично утрачены. Браслет изготовлен в Богемии в 40-е годы XIX века из «богемских гранатов», название которых происходит по месту их месторождения в Центральной Чехии. Для этого граната характерен густой красный цвет — «кровавый отблеск». Другое название этого камня — «пироп» — греческого происхождения и означает «огонь». Серебряный браслет позднее был вызолочен неумелым ювелиром к большому неудовольствию Куприна.

Именно «гранатовый браслет» превратил давно знакомую Куприну историю, «курьезный случай» из жизни, в рассказ о трагической и возвышающей силе любви.

И особая роль в нем отведена браслету. Прежде всего это овеществленный символ любви главного героя. Вспомним, как описывает его Куприн: «Он был золотой, низкопробный, очень толстый, но дутый и с наружной стороны весь сплошь покрытый небольшими старинными, плохо отшлифованными гранатами. Но зато посредине браслета возвышались, окружая какой-то старинный маленький зеленый камешек, пять прекрасных гранатов-кабошонов, каждый величиной с горошину. Когда Вера случайным движением удачно повернула браслет перед огнем электрической лампочки, то в них, глубоко под их гладкой яйцевидной поверхностью, вдруг загорелись прелестные густо-красные живые огни. «Точно кровь», — подумала с неожиданной тревогой Вера».

Знатоки драгоценных камней, а таким можно считать и Куприна, утверждают, что гранат пироп — символ пламенной страсти. Обращает на себя внимание и зеленый гранат (редкий камень), который, согласно символике камней, должен приносить счастье и защищать от врагов. Куприн пишет о его таинственной силе «сообщать дар предвидения носящим его женщинам, он также отгоняет от них тяжелые мысли, мужчин же охраняет от насильственной смерти». Это браслет-талисман.

Сюжет купринского рассказа неразрывно связан с браслетом. Вспомним эпизод, когда Вера Шеина получает подарок через посыльного: браслет поражает воображение княгини, восхищает и тревожит одновременно. Впечатление от него — «точно кровь» — это предчувствие трагедии. Оно вносит тревогу и в общую тональность повествования. Больше на протяжении всего рассказа читатель уже не увидит гранатового браслета. Он будет лежать в футляре из красного бархата сначала на ломберном столе у Веры, а затем на столе у Желткова — жалкий свидетель решения судьбы его хозяина. И уже никогда и никто нс сможет испытать его магической силы — ни женщина, ни мужчина.

Сцена возвращения браслета — кульминация рассказа. Для главного героя это означает, что его любовь никому не нужна. После звонка Вере Желтков, решив свою судьбу, расстается и с браслетом: зная католический обычай украшать икону драгоценностями, главный герой просто дарит его своей квартирной хозяйке-польке.

Так браслет — женское украшение, драгоценность — становится знаком, символом любви, которая, как комета, на мгновение освещает размеренную и однообразную жизнь героев рассказа, показывая им ее истинный смысл. В финале ясно, что ни Вера Шеина, ни ее муж теперь не смогут жить по-прежнему.

Куприн работал над рассказом в 1910 году, когда он уже расстался с Марией Куприной-Иорданской. И надо полагать, что по выходе рассказа в свет она поняла, что принадлежавший ей «гранатовый браслет» из драгоценности превратился в реликвию и его нужно бережно хранить. Поэтому и Регинину он был подарен не как драгоценность, а как мемория, связанная с творчеством Куприна. Рассказом о владельцах этой реликвии нам бы и хотелось завершить этот сюжет.

Вся жизнь Марии Куприной-Иорданской была связана с литературой. Ее приемная мать Александра Давыдова, имея опыт литературной работы в журнале «Северный вестник», после смерти мужа, известного виолончелиста и директора Петербургской консерватории Юлия Давыдова, стала издавать журнал «Мир Божий». Редакция журнала помещалась в квартире Александры Давыдовой, таким образом, Мария Куприна-Иорданская с юных лет жила литературой, близко общалась с литераторами, многие из которых запросто обедали у ее матери. Здесь же в 1901 году она познакомилась и со своим будущим мужем, тогда еще начинающим писателем Александром Куприным. По воспоминаниям современников, Мария Куприна-Иорданская была очень красива и похожа на цыганку, характера же веселого и находчивого. В 1902 году, после смерти приемной матери, она стала фактическим издателем журнала «Мир Божий», а после его запрещения в 1906 году начала издавать журнал «Современный мир» с той же редакцией. В советское время Куприна-Иорданская стояла у истоков журнала «Новый мир» — была его первым литературным секретарем. Среди ее друзей были Иван Бунин, Леонид Андреев, Сергей Сергеев-Ценский, Корней Чуковский и другие.

И хотя редакторская работа была главным делом ее жизни, настоящую память о себе Мария Куприна-Иорданская оставила своими воспоминаниями о Куприне; на протяжении всей жизни писателя Куприна-Иорданская оставалась его преданным другом — переписка между ними не прерывалась даже в годы эмиграции писателя. Их совместная жизнь продолжалась не более четырех лет, но судить об этом времени можно по воспоминаниям Марии Куприной-Иорданской. Содержание мемуаров — это не только рассказ о совместной жизни с Куприным, жизни очень непростой, но и о литературном быте эпохи, о встречах с известными людьми. Это и рассказ об интенсивной творческой работе Куприна, в которой и Мария Куприна-Иорданская принимала активное участие советом, а иногда и острой критикой. Куприн делился с ней своими замыслами, часто рассказывая сюжеты будущих произведений. Так, например, повесть «Поединок» Мария Куприна-Иорданская знала по рассказам Куприна еще до того, как она была написана.

Особого внимания заслуживает и личность Василия Регинина — Васи Рапопорта, который еще юношей познакомился в Балаклаве с семьей Куприных и стал своим человеком в их доме. Позднее Вася Рапопорт стал журналистом Регининым, который изучил свою профессию до тонкостей, — одним из его учителей в журналистике был Куприн. В начале нашего столетия Регинин сотрудничал в таких различных изданиях, как солидные «Биржевые ведомости» и дешевые журналы «Аргус» и «Синий журнал». В последних ценилась не только его репортерская хватка, но и любовь к шутке, артистизм, смелость. Так, для рекламы «Синего журнала» он распивал кофе в клетке с тиграми. В эти годы его часто можно было видеть рядом с Куприным, его называли даже «тенью Куприна».

Уже в 20-е годы в Москве он редактировал один из лучших журналов «Тридцать дней», объединив многих замечательных писателей и поэтов. Благодаря Регинину здесь впервые увидел свет роман Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев».

Прекрасный рассказчик, Регинин, к сожалению, не оставил воспоминаний.

Несколько выразительных страниц посвятил ему Константин Паустовский в книге «Время больших ожиданий». В этой же повести Паустовский рассказывает о том, как в голодном 1921 году он провел около месяца в пригороде Одессы на Фонтанах с маленькой дочкой Регинина Кирой, в будущем Кирой Регининой.

Именно Кира была последней владелицей знаменитого гранатового браслета, который наконец обрел свой новый приют в Пушкинском доме.


Опубликовано в журнале «Нева», 1998 год