Войти Версия для слабовидящих
Фильтр
Очистить фильтр

Популярное
  • Комедия
  • Борис Щедрин
  • 2015
  • 106 мин

Московский драматический театр «Модернъ»

  • Мелодрама
  • Екатерина Гранитова
  • 2015
  • 150 мин

Российский академический молодежный театр

  • Мелодрама
  • Георгий Тараторкин
  • 2015
  • 91 мин

Московская государственная консерватория им. П.И. Чайковского

Упавший с неба

Московский театр «Геликон-опера» | 2012 | Россия | Драма | 86 мин.
Режисcёр: Дмитрий Бертман
Композитор: Сергей Прокофьев
В ролях: Сергей Яковлев, Петр Морозов, Дмитрий Овчинников, Андрей Паламарчук, Артем Чулков, Ольга Резаева, Сергей Топтыгин, Елена Ионова, Марина Калинина, Анатолий Пономарев
921

Такой оперы, которая бы называлась «Упавший с неба», нет у Сергея Прокофьева. Дмитрий Бертман, художественный руководитель «Геликон-оперы» и режиссёр-постановщик этого спектакля, эту последнюю и почти забытую оперу композитора, которую помнят разве что по нескольким анекдотам, к опере, кстати, отношения не имеющим, соединил с двумя частями из знаменитой кантаты «Александр Невский». Идея эта, впрочем, не новая. Когда в Большом театре взялись ставить «Повесть о настоящем человеке» в 1985 году, взять и добавить из «Александра Невского» предложил композитор Альфред Шнитке. Но Бертман обошелся с музыкальным материалом жестче, решительнее, — в итоге появился новый сюжет, даже новые персонажи, а сам спектакль — от начала до конца — идет полтора часа. И единодушно все признали этот опыт, даже можно сказать — эксперимент, успешным.


Огромный самолет занимает почти всё пространство сцены (сценография — Игоря Нежного). Художник сам рассказал, что идею оформления ему подсказала страшная фотография авиакатастрофы над Иркутском, когда падающий «Антей» протаранил жилой дом и застрял в нем: на сцене — самолет с разверстым брюхом и висящими проводами, похожими на кишки. Трагедия сталкивается, встречается с сегодняшним героем, летчиком-ветераном. Конечно, это не настоящий Алексей Мересьев, как не повторял буквально реального героя-летчика тот, которого вывел под именем Маресьева в своем романе Борис Полевой. Поющий эту партию Сергей Яковлев, кажется, ни на минуту не покидает сцену, всё происходящее мы видим и его глазами и в его восприятии, как его трагедию. Внутри самолета, в чреве его помещается больничная койка, последнее пристанище героя войны. Как написал критик Валерий Кичин, «врачи формально делают свое дело — измеряют давление, вносят в журнал записи о смертях. Это «сегодняшнее» пространство режиссер насыщает бытовыми подробностями — все так натурально, что, кажется, в воздухе пахнет больницей. Но есть другой и главный срез времени. Там действие происходит где угодно, свободно перемещаясь по этажам неожиданно громадной для „Геликона“ декорации, в мерцающем световом мареве (виртуозная работа со светом Дамира Исмагилова ). Здесь другое художественное измерение — это как вспышки сознания, счастливые и горестные пароксизмы раненой памяти, сохранившей и помпезность официальных парадов, и романтику любви, и ликование первой победы над болью, и торжествующий вальс, которым безногий Мересьев доказал себе, что он вернулся к жизни. Теперь сюжет развивается уже не по прямой, как повесть или фильм, а по законам музыки- с лейтмотивами и контрапунктами, подчиняясь не событиям, а эмоциональным состояниям — он теперь, как симфония, свободен. И сразу становится на место ернически галопирующая увертюра, которая казалась столь неуместной и странной, что ее не исполняли в прежних постановках. И трагическим апофеозом оперы становится финал, когда единственным человеком, который искренне заинтересовался заброшенным героем, оказывается немецкий журналист — сын тех, с кем ветеран когда-то сражался».


Спектакль Бертмана этим сегодняшним явлением старого, никому не нужного ветерана, к которому приходит один-единственный журналист — из немецкой газеты, чтобы запечатлеть рассказ последнего героя, — вдруг задевает за живое. Оперный спектакль стал, против всякого обыкновения, событием не только театральной жизни, но еще и общественным, важным — в бесконечном, но вялотекущем и бессмысленном споре — кому, мол, нужны ветераны и что им мы все должны или уже ничего не должны? И вправду — невозможно забыть испуганные глаза бесстрашного летчика, которого играет Яковлев, в разудалой, размашистой сцене-цитате, когда точно сошедшие с документального экрана физкультурники маршируют, размахивая кумачом, шлют свой физкультпривет, при этом одетые в не привычные белые майки и белые же спортивные трусы, а черные, словно обугленные временем. «Каждая из „народных песен“, включенных в партитуру Прокофьевым, — писали критики, — исполнена с такой духовной глубиной и силой, что в зале полезли за носовыми платками. Все, что толковалось как пафосное и заказное, стало настоящим, проникновенным, взывающим к душе и совести».


Режиссёр Дмитрий Бертман начинает спектакль музыкой веселой, даже легкомысленной, смысл которой скоро понятен: богатыри — не мы, последний герой вот-вот покинет не землю даже, а сцену. А первую реплику Алексей произносит не в лесу, раненный, у разбитого самолета, а лежа на больничной койке, и это — разговор не с врачами-хирургами, здесь — людьми вполне равнодушными, это — разговор с самим собой. Итог прожитой жизни. Все, с кем приходится ему встретиться здесь, кто оказывается рядом с ним — мать, возлюбленная Ольга, боевые товарищи. Сам он — молодой, здоровый (Петр Морозов) — персонажи его памяти, далекого прошлого. Призраки прошлого. Режиссёр делит партию между двумя, молодым и подводящим итоги, умирающим Алексеем. Они поют в некоторых сценах в унисон, а в других — точно передавая реплики из рук в руки, прошлое не окончательно прошло, а сегодняшний день — неразрывно сплетен с давно прошедшим. Критики единодушно высоко оценили премьеру «Геликон-оперы», особо отметив драматическую игру оперных солистов, обоих, старого и молодого Мересьева, а также корреспондента немецкой газеты (Михаил Егиазарьян), хирургов (Дмитрий Овчинников, Андрей Паламарчук и Артем Чулков), соседа Мересьева по больнице летчика Кукушкина (Анатолий Пономарев), комиссара (Сергей Топтыгин). Как написал критик Петр Поспелов, работа «Геликон-оперы» вышла умной и не одномерной — похожей скорее на драматический спектакль, чем на оперную постановку.

ВИДЕО

Смотрите также

  • Драма
  • Александр Огарёв
  • 2013
  • 143 мин

Театр «Современник»

  • Драма
  • Елена Климова
  • 2012
  • 64 мин
  • Драма
  • Роберт Стуруа
  • 2004
  • 149 мин
Звенит в ушах лихая музыка атаки

1 декабря Россия отмечает день хоккея

Космический пират и король Теодор

30 ноября — день рождения актера Вячеслава Невинного

Кино на портале Культура.РФ

Более 1000 фильмов, рецензии ведущих критиков, тематические подборки и интересные факты

Театры на портале Культура.РФ

Удивительные факты и легендарные постановки

Главное слово — мама

Поздравляем с Днем матери

Концерт завершает Год Сергея Прокофьева в России.

Подробнее

Праздник интеллектуальной литературы подводит книжные итоги года.

Подробнее

Увидеть старинные механические куклы, узнать различия крестьянских лаптей, услышать сонеты Шекспира…

Подробнее

Изучим афишу последнего месяца 2016 года.

Подробнее

Выставка Альбины Акритас в Салониках.

Подробнее

Обратная связь закрыть
Форма обратной связи

Отправить

Ошибка на сайте закрыть
Форма Отправки ошибки на сайте

Отправить

Войти в личный кабинет:
Нажимая на кнопку «Кабинет учреждения культуры», Вы будете переправлены в личный кабинет учреждения культуры, который находится в АИС ЕИПСК Кабинет учреждения культуры
Закрыть